Да и на выделку тоже смотрели. Было видно — толком и не старались. Гнали объем и лишь мороз спасал многие шкуры от беды.
Вот Неждан за это и срубал ценность.
Да не сам, а коллегиально. Спрашивал, сколько тот ромей за такую даст. И все гости осматривали спорную шкурку да оценивали. Иной раз спорили. Но ответственность в любом случае брали на себя. Неждан же выступал арбитром, а порой и тем, кто примерял стороны, если увлекались в споре.
Параллельно он вел счет.
В этот раз — на «носах». Просто брал палку сухую, подходящего размера.
Вырезал несколько знаков, чтобы понять, о каких шкурах речь. Ну и делал надрезы под счет… А после того, как завершил такую ревизию, Неждан сводил баланс. Для этого уже пришлось работать по сырой глине. С помощью цифири, которую подтверждал Вернидуб. Ну и, само собой, все тщательно проговаривая устно и пересчитывая по любому сомнению.
Муторно.
Хлопотно.
Но ближе к сумеркам удалось мало-мало все утрясти. И понять у кого какая доля. Распределив между всеми шестью кланами железные изделия для обмена.
А так уговорившись о том, кому чего еще предназначалось и записать все это чин по чину — на кусках бересты. Где царапался, например, значок топора, а рядом черточки, по нужному количеству…
— Ну ты и чудно мыслишь, — усмехнувшись, произнес Борята, когда они уже отдыхали после ужина. — Не знал бы, насколько ты юн — не поверил бы.
— Я же говорил, — грустно улыбнулся Вернидуб. — И Велес, и Перун его коснулись разом. Оттого ведает многие тайны, но и о справедливости не забывает.
Небесный наш судья зорко следит за ним.
— С того, кому много дается, много и спрашивается, — развел руками Неждан.
— Истинно так, — охотно согласились собеседники…
Разговор, впрочем, почти сразу и закончился.
Легли спать, ибо умаялись.
Утром же позавтракали, тепло попрощались и ушли. Быстро. Стараясь не задерживаться ни на одну лишнюю минуту. Со дня на день должен начать вскрываться лед. А им надобно вернуться и как-то порешать вопрос с помощниками да снабжением…
— Всю капусту сожрали, сволочи, — тихо пробормотал Неждан, глядя им вслед.
— Какую капусту? Что это?
— Да так. Присказка. Ты заглядывал в наши припасы?
— Сильно все подмели?
— Нам на неделю осталось, если только на них сидеть.
— Ничего, ничего, — похлопал его по плечу Вернидуб. — Оно того стоило.
— Да?
— На моей памяти нечасто случаются подобные посиделки. Если бы ты им еще хмельного что поставил — вообще красота.
Парень на него покосился и мысленно чертыхнулся.
Ведь правда.
Алкоголь.
