Но ведь ты понимаешь, я не всесилен, и если он продолжит косячить, или ты его на что-то надоумишь… то все может быть очень плохо. И я не смогу помочь сыну, — говорит с сожалением, пропитанным ядом и издевками.
— Подавись своей желчью, — шиплю и прерываю вызов.
Я найду на него управу. Доберусь то его больных точек, и буду бить до одури и наслаждаться, глядя, как он корчится от боли. Страшно… что эти желания у меня предназначаются родному отцу… Увы, он сам все сделал для этого.
После разговора сажусь в машину и минут пятнадцать пытаюсь успокоить разбушевавшуюся бурю внутри.
Даже вести машину в таком состоянии не рискую.
Набираю номер брата. Костик говорит скованно. Просит сегодня к нему не приезжать. Намекает, что поговорить нам все равно не удастся. Но уверяет, что он идет на поправку. Хочу его увидеть, обнять, просто побыть рядом, брат для меня значит очень много. Я его безумно люблю, и уверена, то только ему могу довериться на все сто.
Остаток дня проходит без происшествий. Все идет ровно, если не учитывать, что я то и дело мысленно возвращаюсь к разговору с Денисом.
Неужели спустя столько лет я смогу увидеть маму? Узнать у нее версию, почему она ушла и ни разу не попыталась со мной встретиться.
Чую, что в прошлое есть грязные, постыдные тайны, и они мне помогут выплыть из трясины сегодняшнего дня.
Забираю Агату. Дочь улыбается и у меня сразу же настроение поднимается. Мир уже не кажется сплошным черным пятном.
Мы катаемся на машине, заезжаем в кафе, гуляем.
Дочь помогает немного отвлечься. Хоть то и дело проскальзывает мысль, что скоро у Агатки появится братик или сестричка. Я даже могу угадать реакцию дочери, она обрадуется. Только как ей объяснить, кто папа малыша?
Дома снова атакуют невеселые мысли. Хоть и стараюсь вести себя с дочерью, как ни в чем не бывало. А сама вся на иголках, ожидаю прихода Дениса.
Он появляется в одиннадцать вечера, когда доченька уже спит. Не звонит в дверь. Отправляет сообщение на мобильный.
Приходит с огромным пакетом и букетом полевых цветов.
— Это для Агаты, — протягивает мне пакет. — А это тебе, — вручает букет.
— Спасибо, — благодарю сдержанно.
Не до цветов мне. И дочери не подарки нужны, а отец.
Только это невозможно. Настроение сразу падает до минусовой отметки.
— Кофе будешь? — прохожу на кухню, ставлю цветы в вазу.
— Воды, если можно, — Денис садится на стул, рассматривает меня со смесью обожания и сожаления. — Он заметно нервничает.
