О причинах отсутствия брата, отец видимо не стал распространяться. Что касается бравады на тему «отцы и дочки»….Она вызывает лишь улыбку. Да уж, я тянусь. Скорее пытаюсь сбежать, но меня крепко удерживают на поводке.
— Мама, давай закроем тему, — не хочу создавать конфликт сегодня. Не то время и не то место.
— Виктория! Ты не слышишь меня!
— А ты меня! — всё же не сдерживаюсь и повышаю голос, — Мама мне не нужен мужчина, на личной жизни я крест не ставлю, но это не значит, что я буду бегать и искать себе мужа.
Так же, как и обсуждать это! Хватит пытаться внушить мне свои устои жизни, хватит! — отбросив салфетку, выхожу из-за стола, — Я скоро вернусь. Пойду пройдусь.
— Давай, провожу, — тут же вызывается Денис, словно только и ждал этого момента, но я резко осаживаю его.
— Не нужно. Дождись свою жену. Ей сейчас необходимо твоё постоянное присутствие."
"Любимый теряется, что даёт мне несколько секунд форы, и я позорно сбегаю. Нет, не из ресторана, просто выдохнуть.
Иду, даже не понимая куда, главное подальше от матери.
Как все же не хватает родной матери. Женщина воспитавшая меня, с младенчества приучившая называть ее матерью, так и осталась мачехой.
Найдя тихое и укромное местечко, прикрываю глаза.
«Я должна быть сильной» — снова и снова напоминаю себе как мантру. Мне требуется время, чтобы снова взять себя в руки. Успокоиться и прийти в себя. Когда это получается, решаю немного пройтись, но зайдя за угол, останавливаюсь, как вкопанная. Глаза вылезают из орбит от увиденного.
Там отец и Ольга, которая стоит перед ним на коленях и целует его руку.
Что это значит?
Быстро отскакиваю обратно, молясь, чтобы меня не заметили и уже более осторожно, выглядываю.
Взгляд отца выражает полное превосходство, как всегда, но в нём нет того презрения и агрессии, который обычно направлен на меня, а в следующую секунду доносится умоляющий голос сестры:
— Папочка, пожалуйста!
Глава 17
— Оль, прекрати эту комедию, — голос отца звучит почти ласково, но в нем прослеживаются нотки угрозы, так хорошо знакомые мне.
— Я никогда тебя так не просила, как сейчас! — сестра не выпускает его руку.
Ее дико трясет от рыданий.
— Встань, дочь. Не позорься, — отец выдергивает свою руку.
И в этот момент, отчетливо замечаю, как он ведет носом и тут же поворачивает голову, впиваясь в меня взглядом.
Мысленно выдаю несколько нецензурных слов. Меньше всего хотела быть замеченной. Чутье подсказывает, что этот разговор мне следовало услышать.
