— Отец перестань, — не могу больше это слушать.
Больно за брата, за себя.
— Если ты только посмеешь, я заговорю, — Костя берет меня за руку и выводит из комнаты.
— Вы что поругались? — в коридоре сталкиваемся с Ольгой.
— Все просто отлично! — выпаливает брат.
— Достает переживаниями, как обычно, — машу рукой.
— Есть от чего, Викусь. Их беспокоит твоя неустроенная личная жизнь, — Ольга тяжело вздыхает.
— Еще как беспокоит, — с кухни выходит мама. — Бери пример с сестры, демоненок. Как она отчаянно сражалась за право стать матерью! И это после всего, что на ее долю выпало! А ты молодые годы тратишь на все, что угодно, кроме личной жизни.
Оглянешься, и ни мужа, ни семьи, а Агатка скоро вырастет и упорхнет, — обнимает Ольгу, целует в щеку. — Ой, что это я заболталась. К столу идите. Все готово. Давно праздновать пора!
Они уходят. Я сильнее сжимаю руку брата, его трясет. Меня тоже, но я научилась справляться с эмоциями.
— Выпало на долю… у них еще язык поворачивается, — рычит тихо.
— Кость, не заводись.
Мы справимся. Будем умнее.
В сумочке в прихожей подает признаки жизни мой телефон.
Закусываю губу, размышляя принимать ли вызов.
Глава 7
Разговор будет не из приятных. И не надо, чтобы его кто-то слышал из родни. Телефон замолкает, а через несколько секунд снова оживает.
— А отойду, — говорю брату и направляюсь на балкон.
За это время телефон звонит в третий раз.
— Добрый день, Елена Эдуардовна, — принимаю вызов.
— Деточка, что же такое творится! Мне только что написала Ольга! — голос матери Дениса звенит от отчаяния.
— Радость. Ребеночек будет, — сарказм скрыть не удается.
— Это не ребенок моего сына! Быть этого не может! — кричит так громко, что приходится отставить аппарат от уха.
— Может, Елена Эдуардовна.
— Я тебе говорю, тут подвох какой-то! Денис не мог!
— Вам рассказать откуда дети берутся? — желчь из меня так и прет.
— Я мать! Я знаю своего сына! — стоит на своем.
— Готовьтесь стать бабушкой, Елена Эдуардовна.
— Это ж он с ней теперь не разведется, — злость сменяется всхлипами.
— Он бы итак не развелся.
— Ах да он ей жизнью обязан! Она его спасла! Если бы не Оленька, то уже и не жилец бы был, — выплевывает слова с раздражением. — Слышали. Знаем. Заучили назубок.
— Смиритесь.
— Виктория, надо бороться! Он любил и любит только тебя!
— Это не мешает ему детей делать.
— Не верю. Вот что хочешь говори, а никогда не поверю! — снова повышает голос.
— Ваше право, Елена Эдуардовна — устало закрываю глаза.
