– Четыре, – поправляю я, хотя это не поможет. – И я бы продолжила этим заниматься. Я хороший организатор праздников. Это не похоже на дизайн египетских украшений, мам! Но, когда болел Джейми, я все поняла. Понадобилась пара месяцев, чтобы все обдумать, но я наконец-то в себе разобралась.
Мама сует в рот печенье. Понимаю, что вывела ее из себя. Обычно она избегает белую муку и сахар.
– Так расскажи мне. – Она кивает, призывая с этим покончить.
– Я хочу пойти в медицинскую школу. Знаю, что будет сложно, но я очень хочу этим заняться.
Она жует. Сглатывает.
Она сует в рот еще одно печенье.
Ох.
Наконец она берет меня за руку.
– Учиться в медшколе дорого, солнышко. И сложно. Если ты начнешь, то должна закончить.
– Закончу, – настаиваю я. – Уже подала заявки в четыре школы.
У нее расширяются глаза.
– Это много.
– Они, эм, дорогие, как ты и сказала. И там большой конкурс. Но я справлюсь. У меня «четыре» по органической химии. Для них это важно. Я достаточно умна, чтобы поступить.
– Я никогда в этом не сомневалась.
– Она гладит меня по запястью. – Ты можешь справиться со всем, за что возьмешься. Но вот со старательностью проблемы: ты сдаешься, когда становится сложно."
"Мне требуется вся сила воли, чтобы не начать спорить. Это не совсем правда, но так меня видит семья.
– Я хочу быть медсестрой, мама. Как сестра Берта. – Она ухаживала за Джейми, когда он лежал с пневмонией в больнице в Торонто. Мы с матерью ее боготворили. – Я всегда говорила, что хочу заниматься чем-то связанным с искусством, но ошибалась.
Есть много способов привносить в мир красоту. Я хочу помогать людям, которые больны и напуганы. Это самое лучшее, что я могу сделать со своей жизнью.
Выражение на лице матери говорит, что я на верном пути. Она смотрит на меня так же, как на Тамми, словно я стою ее усилий.
– Сколько стоит учеба в медшколе? – мягко спрашивает она.
– Ну… – Я прочищаю горло. – Калифорнийский университет в Сан-Франциско, к сожалению, самый дорогой. Первый год стоит пятьдесят пять тысяч.
– Пятьдесят… – Мама издает такой звук, точно задыхается.
– Солнышко, у нас нет таких денег.
Я уменьшаюсь в размере, когда это слышу. Конечно, это сумасшедшая сумма денег. Ни у кого в семье нет машины, которая столько стоит. Но в голове возникает вопрос: была бы реакция менее бурной, если бы то же самое нужно было другому ее ребенку?
– Это… я… – Мое достоинство сегодня принимает удары со всех сторон. – Я найду способ. – Это делает меня похожей на капризного ребенка, но я серьезно.
