Кровяное давление, которое врач протараторил нам в приемной внизу, – пугающе высокое. А когда я читала про преэклампсию во время беременности своей сестры, то меня встретил длинный список жутких историй, включая припадки и смерть и матери, и ребенка.
Я кладу локти на колени и сворачиваюсь клубком, пока семья Райли радуется новостям.
– Джесси? – Блейк садится рядом и берет мою вспотевшую руку. – Эй… – Он целует мою ладонь. – Что такое? Все хорошо.
– Я знаю. – У меня прерывается голос. – Просто… – Я начинаю дрожать всем телом, когда представляю другой исход событий.
– Мне было страшно.
– Ох, детка. – Блейк сажает меня на колени и целует в шею. – Ты была потрясающей. Ты точно знала, в чем была проблема, и убедила всех приехать в больницу.
– Я просто предполагала.
– Не-а, – с ухмылкой говорит он. – Ты что-то увидела. Почуяла нутром. И пошла с этим до конца. Так все и делают. Так я побеждаю в хоккейных матчах. Так Хозиер пишет песни, от которых девушкам хочется бросать на сцену трусики. – Он успокаивающе проводит по моим волосам, и я подаюсь навстречу его прикосновению.
– Знаешь что? Я сейчас тоже чую кое-что нутром. Я чую, что моя девочка весь день не ела и очень устала. Мы посмотрим на ребенка, а потом это исправим, хорошо?
Кто-то приносит нам немного крендельков и газировки из автомата, и чуть позже нас зовут к инкубатору. Там, за стеклом, в маленькой люльке лежит самая маленькая Райли: крошечный человечек в форме арахиса, завернутый в одеяло, точно буррито, в розово-белом чепчике.
Видно лишь круглую щечку и копну каштановых волос, выглядывающих из-под головного убора. Глаза у нее крепко зажмурены, как будто ей для сна требуется много решительности.
– О-о-о-о-о-о-о-о! – хором восклицает семейство Райли.
– Это… она… – тихо произносит Блейк. – Я дядя! Она выглядит совсем как я.
Думаю, что он шутит, но когда поднимаю взгляд на лицо Блейка, то вижу на нем восхищение и блеск в глазах. Я прижимаюсь к его массивному телу и утыкаюсь лицом в грудь. Его рука обхватывает меня.
Наступает момент счастья. А главное, мне больше не кажется, что это был самый странный день в моей жизни. Стоять здесь, в кольце рук Блейка, быть свидетельницей этого потрясающего семейного события? Это кажется правильным. Может быть, у меня низкий уровень сахара. И в родильном отделении воздух наполнен репродуктивными гормонами.
– СМОТРИТЕ! – кричит мама Райли. – Вот и имя!
Подходит медсестра в халате с плюшевыми мишками, улыбаясь всем по ту сторону стекла.
