Леон выглядел как человек, давно смирившийся со своей участью.
– Всё нормально. Это же Клив. Я уже привык.
Я показал этому засранцу средний палец. Он рассмеялся ещё громче.
– Вот мудак. – Я мотнул головой в сторону Клива.
Леон с лёгкой улыбкой посмотрел на меня.
– Кажется, ты перенял что-то у своего друга, – после недолгой паузы произнёс он.
Я пожал плечами в ответ.
– Леон, где твоё пидорское трико?! – крикнул нам Клив. Со всех сторон раздался смех.
Я хотел было сказать ему пару ласковых, но Кагер молниеносно схватил меня за руку.
– Пожалуйста, не надо. Не лезь, – прошептал он с мольбой.
Я потерял дар речи. Почему Леон Кагер позволяет к себе так относиться? Он с лёгкостью мог разделаться с Кливом при помощи тёмной материи. Леон был одним из первых учеников по этой дисциплине. Его уровень владения телом заметно выше, чем у других, благодаря постоянным тренировкам. Даже если Леон не хотел применять тёмную материю, его дядя всё ещё оставался главным начальником полиции в Центральном районе Ромуса.
Кто в здравом уме станет приставать к детям из полицейских семей? Только такие безмозглые типы, как Клив.
– Если этот убогий ещё раз что-то вякнет, я натравлю на него Скэриэла.
– Или Гедеона, – шутливо добавил Леон.
– Эй, не будь так жесток! Я хочу поколотить его, а не убивать.
Мы захохотали.
К счастью, Клив и его банда ушли раньше нас. Клив был не первым, кто мучил Леона, но делал он это с завидной регулярностью. Насколько я знал, Клив Маккинзи не входил в число успешных учеников.
Возможно, кто-то и мог оценить, с каким усердием он мучил Леона, но я сдерживался из последних сил, чтобы не размазать его по стенке. Сдерживался в первую очередь из-за Леона, который каждый раз умолял меня остановиться. Ещё я опасался реакции отца и брата.
Мы медленно побрели в свой кабинет, обсуждая сегодняшнюю постановку Леона, как вдруг мимо нас пронеслись близнецы Брум. Они тоже направлялись на лекцию по истории.
– Не хочу! – недовольно проговорил Оливер, отдернув руку, когда сестра попыталась схватить его.
Они остановились посреди коридора.
– Но так надо, – не унималась Оливия.
– Я никому ничего не должен, даже ему! – Он посмотрел на сестру, грозно сдвинув брови. Оливия опешила. Они были так похожи, что казалось, у меня в глазах двоится.
Оливия резко развернулась, её волосы волной взметнулись вверх, как в рекламе дорогого шампуня.
– Оливия! – раздался недовольный голос брата, когда она пронеслась мимо нас и скрылась за углом.
