Я это понимал и до мистера Гроссо.
Припарковавшись, мы забрали пакеты и понесли их к входной двери. По дороге один из моих пакетов порвался, и яблоки, помидоры и консервы покатились по дорожке, а я стоял как истукан и думал, что да, ещё хуже может быть. День не заладился с самого утра, начиная с подъёма в пять и заканчивая тем, что я, уставший, голодный, так ещё не выкуривший ни одной сигареты за последние три часа, горько вздыхал и просто пялился на укатившиеся, заляпанные грязью помидоры.
Эдвард нажал на дверной звонок, оглянулся и, нахмурившись, произнёс:
– Занеси сначала то, что у тебя в руках.
Потом заберём остальное."
"Дверь никто не открывал. Возможно, Скэриэл был в душе. Эдвард смачно выругался, стараясь удержать все пакеты в одной руке, и вставил ключ в замочную скважину. Ни с первой, ни со второй попытки ему не удалось открыть дверь. Кажется, он тоже устал и был раздражён не меньше меня.
– Давай я? – Подойдя ближе, я потянулся за ключом в его руке.
– Секунду, – пропыхтел он, и дверь отворилась.
Эдвард пропустил меня первым, и я с облегчением внёс пакет на кухню. Повсюду были разбросаны вещи, а в раковине – грязная посуда. Уборкой в доме занимался я, и именно мне придётся сейчас разбираться с последствиями чужой вечеринки.
– Скэриэл?! – позвал я у лестницы.
С дивана поднялась рука и помахала мне в ответ. Проходя мимо, я не заметил его, а он всё это время просто лежал.
– Что с ним? – мимоходом спросил Эдвард, бросил ключи на стол и добавил: – Схожу за тем, что выпало, а ты проверь его.
Не помер ли там случайно.
– Такие не мрут, – буркнул я в ответ.
Я подошёл к Скэриэлу; он лежал лицом вниз, свесив с дивана левую руку и ногу. Он был без футболки, и от него за милю разило алкоголем. Оглядевшись, я наткнулся на две пустые бутылки.
– Ты там живой? – спросил я, нагнувшись. Он что-то промычал в ответ и махнул рукой. – Принести воды?
– Угу, – неразборчиво донеслось в ответ.
Эдвард ещё оставался снаружи, когда я вернулся к Скэриэлу.
Он медленно поднялся, шумно дыша, словно пробежал стометровку.
– Вот вода. – Я поднёс стакан ближе. Обессиленной рукой он принял его и чуть было не разлил воду на пол. Я пользовался случаем и нагло разглядывал обнажённую грудь Скэриэла, пока он не видел. За два долгих глотка он осушил стакан и схватился за голову.
– Кажется, я перепил, помоги мне подняться в свою комнату.
Когда он чуть привстал, я схватил его под локоть.
