Позже, когда они разукрасили друг другу лица, и выяснилось, кем приходилась эта милая девушка Говарду, все же успокоились.
— Ингрэм, почему ты тогда сел ко мне за парту? — тихо спросила, боясь, что правда мне совсем не понравится. — Ты ведь уже знал, кто я.
— Эми, ты сейчас придумаешь себе кучу небылиц, — попытался образумить меня Ингрэм, но сейчас это было бесполезно.
— Похоже, день потрясений продолжается, а то вчера мне мало показалось, — пропустила его слова мимо ушей.
— Да, я знал на тот момент о твоем существовании, — я прищурила правый глаз.
— Думаю, ты права. Не стоит возводить между нами барьеры. Перед тем, как произошла драка, Говард вылил на тебя кучу грязи, — в его правой руке, лежавшей на моей талии, отчетливо ощущалось напряжение.
— Что именно он обо мне сказал? Ингрэм, не молчи, — требовательно произнесла я, пока он обдумывал свои слова."
"— Якобы ты помешана на своих зельях, а его, такого разнесчастного, заставляют жениться на столь ненормальной особе, — его слова разозлили меня.
Ну, Говард, попадись только мне на глаза! — Конечно же, все его слова оказались ложью, как выяснилось позже. Эми, ты мне понравилась с первого взгляда, но они разожгли во мне интерес к тебе еще до нашей встречи. Во-первых, был странным тот факт, что тебя зачислили на факультет некромантии при таких связях. Мне непременно хотелось докопаться до истины. Во-вторых, твое появление в моей жизни стало тем лучом света, которого так не хватало. Ты противостояла ректору, придавая и мне сил для борьбы с моим отцом.
Со временем я стал нуждаться в тебе. Мне хотелось защитить тебя ото всех, держать в своих объятиях, целовать, видеть в твоих глазах отражение и своих чувств, — по мере того, как он говорил его лицо медленно приближалось к моему.
Едва Ингрэм закончил высказываться, как накрыл мои губы своими, погружая в сладостный поцелуй, то нежный, то страстный. Он это делал долго и пылко, пока у меня не развеялись все сомнения и не стала прижиматься к нему всем телом, жарко отвечая на поцелуи.
Адепт и сам стал для меня глотком воздуха, опорой, так необходимой мне. Судя по тому, что вокруг не было слышно ни звука, он все же накрыл нас пологом тишины, отрезая от внешнего мира.
— Ты не собираешься переходить на другой курс, если столько всего знаешь и умеешь? — немного позже спросила у него, приводя свои мысли в порядок после страстных объятий, от которых потеряла голову.
— Мой отец спит и видит, чтобы побыстрее это случилось.
