Без предупреждения ворвалась в нашу жизнь и начала кружить в ней все, что старательно возводилось, холилось и лелеялось годами. Так бывает.
Он сгорел слишком быстро, оставив после себя три коробки.
Моя жизнь уместилась бы и в меньшее. Так уж вышло, что я знаю, сколько места она занимает – один чемодан среднего размера. Именно с ним год назад я приехала к Ба.
Сидя на коленях посреди небольшого домика, в котором мы жили вдвоем с отцом, я складывала квадратами его вещи. Сегодня отвезу эти коробки в церковь. Их дальнейшая судьба мне неизвестна и, положа руку на сердце, не интересна.
В моем окружении не так уж много дорогих сердцу людей. А теперь стало на одного меньше. Так уж вышло, что они все постепенно покидают меня.
Сначала мама, переехавшая из нашей семейной квартиры после развода с отцом.
Потом брат. Злобный старший сводный брат, который растоптал меня, а после еще и высмеял. В «сказке» моей жизни ему была отведена роль прекрасного принца. Правда практически сразу выяснилось, что до принца ему далеко.
Он оказался обычным безжалостным колдуном, который возомнил себя вершителем человеческих судеб.
Я доверилась ему, обманулась, а он уничтожил меня, превратил в ничто.
Теперь моя опора и поддержка – отец – оставил меня навсегда.
Я закрыла коробку, откусила зубами ленту широкого скотча и прилепила его на картон, окончательно замуровав вещи отца.
В нашем небольшом домике тихо, даже часы не отвлекали. В небе прокричала чайка, наверняка пикируя вниз и подхватывая из воды неудачливую рыбешку.
Мы жили на берегу моря. Отец продал квартиру и купил дом по соседству с Ба. Так мы окончательно отрезали себя от прошлого. Забыли, стерли.
И что теперь делать одной? Не сказать, что в нашем доме очень много места: пара спален, гостиная и кухня с санузлом. Нам хватало. Отец часто отсутствовал, месяцами был в командировках. Я привыкла одна, но не настолько… радикально. Не было страха, лишь полнейшая растерянность и непонимание.
Поднять коробку оказалось очень тяжело, поэтому я встала и начала толкать ее ко входу.
Одна, вторая. Третья – самая тяжелая – осталась стоять на месте. Попрошу Петю помочь мне отнести ее на чердак.
Присела на коробки возле входа и набрала в грудь воздуха. Глаза по-прежнему пекло, но слез в них больше не было. На сегодня лимит исчерпан. Надо подняться, обуться и выйти из дома. Загрузить все в багажник машины и увезти отсюда. Навсегда.
Наверное, поэтому сижу без движения. Подсознательно прощаюсь с вещами отца.
