По отцу француз, а по матери таитянин, он был из числа тех, кого на острове называли «демисами», то есть метисами, образовавшими своеобразную расу людей двух смешанных народов – французского и таитянского.
Клод Миго был обычным сельским полицейским. Самое большое преступление, которое здесь могло произйоти – это перепутанные сети рыбаков, пропажа свиньи или вырубка чужих кокосовых пальм.
На Хуахин часто заходили океанские корабли, и массы туристов навещали три сувенирные лавочки, расхватывая бесхитростные товары почти вчистую.
Этими поделками кормились почти все жители поселков. Рыбная ловля и выращивание кокосов не приносили никакой прибыли. Зато местные сувениры продавались очень хорошо. Каждый из пассажиров с корабля считал для себя просто обязательным купить какую-нибудь раковину или вырезанную из дерева безделушку. В такие дни Клод Миго появлялся у магазинов, одетый в форму местного полицейского, олицетворяя порядок и мощь далекой Франции, в которой он никогда в своей жизни не был.
Но сегодня он прибыл на причал, одетый в обычную штатскую одежду, чтобы подняться на корабль, где произошло убийство. В магазинах уже готовились к приему многочисленных туристов. Все три магазина торговали одинаковыми сувенирами, но никакой конкуренции между ними не существовало. Сувениры продавали за гроши, а прибыль честно делили между всеми. Самое интересное, что даже после введения евро во Франции на Таити еще два года принимали французские франки и не принимали разноцветные бумажки «евро».
Здесь в ходу были австрилийские, новозеландские деньги и, конечно, доллары США, которые принимались охотнее всего. Хотя ради справедливости, стоит сказать, что в единственной меняльной конторе на Хуахине принимали еще китайские юани и японские иены, но по низкому курсу. Зато к английским фунтам относились с огромным почтением, их курс всегда был выше, чем даже на Оксфорд-стрит в Лондоне.
Корабль мягко причалил. Пассажиры уже нетерпеливо толпились на палубах, готовые ринуться в сувенирные лавки.
Миго поднялся на корабль. Его встретил старший помощник капитана.
– Клод Миго, – представился полицейский.
– Морис Жербаль, – козырнул старший помощник капитана. – Вы уже знаете, что здесь произошло?
Старший помощник был мужчиной сорока лет с характерным выпирающим животиком, жизнерадостным круглым лицом и мясистыми щеками. Он родился в Южной Америке, отец его был француз, а мать – креолка.
