Ровно в 21:00 Макс сделал еще один глоток.
Второй — в 21:03.
В 21:05 он сходил в туалет на первом этаже, который находился прямо рядом со шкафом, и Пиппа прекрасно все слышала. Макс не стеснялся, а она опять разучилась дышать.
В 21:06 Макс вернулся на диван и снова выпил воды. Из носика донесся сосущий звук. Макс поставил бутылку с водой на столик, затем снова взял ее и поднялся. Что он делает? Что происходит?
Пиппа не видела, как ни выворачивала шею.
Он прошел на кухню. Раздался плеск воды. Вскоре Макс появился, держа в руке злосчастную бутылку и навинчивая на горлышко крышку.
Налил свежей воды. Должно быть, все выпил или, по крайней мере, большую часть, раз пошел наливать новую.
Наркотики теперь в желудке Макса.
Он споткнулся, запнувшись о собственную ногу. Постоял немного, рассеянно моргая, будто не понимал, где находится. Под глазом виднелась красная отметина.
Видимо, таблетки начали действовать. Первая доза попала в организм больше десяти минут назад. Интересно, скоро он отрубится?
Макс неуверенно поднял ногу, слегка качнулся и торопливо шагнул к дивану.
Снова отпил воды. Пиппа знала, что у него сильно кружится голова. Она испытывала то же самое год назад, когда Бекка подсыпала ей отраву, хотя в гораздо большей дозировке. Тогда ее накрыло свинцовой тяжестью, и возникло такое чувство, будто разум отделяется от тела. Скоро Макс перестанет чувствовать под собой ноги.
Интересно, о чем он думает, сняв игру с паузы и снова принявшись палить во все стороны из укрытия за полуразрушенной стеной? Может, о том, что голова кружится из-за недавней оплеухи? Он, наверное, чувствует неимоверную усталость, глаза закрываются сами собой, и Макс говорит себе, что надо выспаться.
Он еще не знает, что как только заснет, то выйдет из дома и убьет человека.
Макс опустил голову на подголовник дивана, где лежал пакет горошка. Пиппа не видела его лица, но глаза, вероятно, еще были открыты, потому что он по-прежнему стрелял.
Экранный персонаж двигался вяло, мир дергался и носился вокруг него бешеными кругами: Макс терял контроль над пальцами.
Пиппа затаилась, переводя взгляд с дивана на телевизор.
Ждать. Надо ждать.
Она глянула на часы. Минуты стремительно убегали.
Наконец оба объекта наблюдения замерли. Макс растянулся на диване, уронив голову на подлокотник, а персонаж на экране застыл посреди поля боя, и его полоска жизни иссякала по мере того, как он получал удар за ударом.
«Убит», — сообщила игра, переходя на экран загрузки.
