Он соединялся прозрачной трубкой с иглой в локтевом сгибе блондинки. Лекарки старалиcь, но чернота уже заливала бледное лицо жертвы.
— Что это за хрень?! — испуганно спросила Евгения Александровна, на мгновенье прекратив сжимать сосуд, но тут же продолжила.
И тут меня озарила страшная догадка: а что, если всё это было не для того чтобы спасти Шурочку, а чтобы заразить Полину? Кажется, я побелел, и на лбу выступила холодная испарина:
— Поля!
Но она меня не слышала.
— Ну же, сестрёнка, — говорила она, нажимая двумя руками на грудь девушки.
— Борись. Ты должна! Не сдавайся! Мы им еще покажем. Мы им всем ещё покажем, на что способны, сестрёнка!
Белки закатившихся глаз блондинки наливались чернотой.
— Полина!
— Да чтo же такое?! — лекарка в отчаянье вжалась лбом в сложеңные над головой и с силой выпрямила руки, будто кидая в умирающую заклятье. — Живи, чёрт подери!
Тело Александры дёрнулось и вдруг затихло. Чернота развеялась из её глаз.
— Дефибриллятор тащить? — подал голос Петрович.
Поля приложила пальцы под челюсть блондинки:
— Нет, — помотала головой, и я приготовился к привычному падению в пустоту.
— Пульс есть. Что бы это ни было, но приступ мы купировали. Тьфу-тьфу-тьфу. Вениамин Петрович, давайте…
Полина, бледная и обессилившая, давала распоряжения. Потoм уколола девушку в другой локтевой сгиб. Еще раз проверила пульс, делала что-то ещё… Надеюсь, она объяснит потом, чтo и зачем. Не знаю, что будет дальше, но пока все были живы, и день продолжался.
— Лео, — обернулаcь Поля ко мне, — помоги закатить носилки.
Я поспешил на помощь, пока она не передумала, и без спросу забрался в машину.
— Может, я вас сменю? — предложил я свою помощь Евгении Александровне, которая продолжала сжимать-разжимать сосуд. Или что там.
— Жень, думаю, мешок можно снять, — предложила Поля.
Женщина отсоединила сосуд от штуки, торчащей изо рта блондинки, и подтвердила:
— Дышит, — а потом повернулась ко мне: — Это про неё вы говорили, что девушка должна умереть?
Я кивнул:
— Да. Но вы сделали невозможное.
— И что нас ждёт дальше? — спросила Женя.
— Понятия не имею, — счастливо, как дурак, улыбнулся я. — Так далеко я еще ни разу не заходил.
«Дело не в том, что делают другие, — вдруг послышался мне голос Алёны. Или не Алёны? — Дело в том, что…»
…делаем мы сами?
ГЛАВА 27
Мы довольно долго простояли возле здания, куда привезли Александру. Петрович, как обычно, дымил палочкой. Я сидел в кресле внутри салона и был рад, что усатый не горит желанием болтать.
