Будоражит, доводя до безумия! Властная сволочь с сияющими как жар чёрными глазами!
— Вставай, — сохраняя самообладание распоряжается Алекс. — Ты должна слушаться.
Такой безжалостный он ещё сексуальнее. Собственная беспомощность убивает. И я не знаю, как бороться с ней. Дёрнув на ноги, Алекс придавливает меня к своему телу. Низ живота заливается жаром предвкушения.
— Сегодня ты очень сильно разозлила меня, Лена. Ты не должна была убегать и уж тем более выставлять меня дураком перед другом. И ты заплатишь за это.
Он кладет руки на мои ягодицы и бессовестно сжимает.
— Я хочу поиграть с тобой. Может быть, тогда успокоюсь и перестану хотеть придушить, — лениво цедит сквозь зубы.
— Отпусти. На нас все смотрят.
— Я могу доставить тебе массу удовольствия, Лена. Ты наконец-то заживешь полной жизнью. Хочешь? — спрашивает, глядя в глаза.
— Нет.
Он сжимает сильнее. В его карих глазах ясно читается желание.
— Ты должна попросить.
— А тебе нужны мои просьбы? Ты же уже всё решил за нас обоих.
Я уворачиваюсь от его губ, но не могу ничего поделать с руками, что нетерпеливо поглаживают мои бёдра сквозь ткань платья.
"
"Это слишком бесстыже, даже для меня. На нас смотрят люди. И, прочитав в моих глазах панику, Алекс, несмотря на ранения, приподнимает меня, будто я ничего не вешу, и несет к выходу. Хорошо, что завтрак включён в стоимость номера.
Глава 35. Алекс
Я сажаю её на стол в её же собственном номере. Она стискивает зубы, потому что не верит мне, злится, всё ещё не простила, но хочет. Я это чувствую.
И не знает, что с этим делать. Вопреки браваде, у неё не хватает сексуального опыта, трудно оставаться спокойной и не дрожать от моих прикосновений.
— Обхвати меня ногами, Лена. Немедленно.
Хелен ожидаемо делает всё наоборот. Откидывается, стараясь отодвинуться, отстраняясь от меня. Но я не даю. Вжимаюсь в её раскинутые бедра как можно сильнее. Шумно дышу. Трусь, зажигая.
— Нет, Алекс, — быстро качает головой.
А мне уже всё равно. Я. Дошёл. До грани.
— Я хочу тебя, Лена. И, извини, не могу придумать, как этому противиться.
Ты вся пропитана каким-то грёбаным ядом, и он сводит меня с ума. Я не знаю, как сопротивляться ему.
Не сдерживая эмоции, наматываю её волосы на руку, заставляя прогнуться. Она попортила мне столько нервов. Она лишила меня аппетита и сна. Я баб других не могу иметь, всё время думаю о ней.
Тяну сильнее. В такой позе её большая грудь стоит торчком, и сквозь ткань платья выделяются крупные соски.
И я едва сдерживаю унизительный стон.
