Аккуратно толкаю дверцу кабинки внутрь. Она скрипит, заглушая моё дыхание. Возле бачка стоят двое. Здоровенный лысый ублюдок и Ленка. Он удерживает её своими грязными лапами и, закрыв рот, тычёт стволом пистолета в висок. Это снова та Ленка, что ударила меня в первый день. Она не радуется моему появлению. Девочка не плачет, а лишь жёстко поглядывает, источая потуги ненависти. Ясно, она меня больше не любит.
А вот человек Попова воодушевляется и, заметив меня, начинает разъяснять, что к чему.
— Ну что, дебил, прибежал обратно? Мы за окно вылезали, когда менты приходили, — ржёт.
— Прикольно я придумал? А вообще, по твоей вине это всё произошло. Она послушной была, с нами бежала, потом споткнулась, какой-то мент пытался её оставить, оттащить, потом что-то взорвалось, и бамц! — продолжает гоготать, сверкая редкими жёлтыми зубами. — Мы и укрылись, но ты же нас не выпустишь, поэтому вот так. — Давит дулом на Ленину голову сильнее. — Мне её живой надо к боссу доставить. Так что закрой дверь и испарись.
Я за неё отвечаю. А я мужик исполнительный. Не усложняй.
У меня пушка, у тебя — ничего.
Кивнув, я с размаху бью его палкой по лбу. Между глаз. Да так сильно, что он теряет равновесие, пошатнувшись."
"Проблема всех гиббонов в том, что они не могут одновременно говорить, получать по башке и жать на курок. Поэтому он не соображает вовремя воспользоваться оружием и от удара по лбу роняет пистолет.
Пользуясь моментом, я дергаю Лену на себя и прячу за спину. Пока лысый приходит в рабочее состояние, разворачиваюсь и толкаю девочку вперёд.
Мы с ней несёмся по коридору, туда, где «наши». Я слышу характерный рёв, топот, щёлкающий звук. А дальше «швык» и «бамц» — выстрел.
Прижимаю Лену к груди, максимально закрывая телом, дальше мы заваливаемся, и я узнаю знакомую боль. Так же было с рукой…
Глава 30
Лысого убрал Антон. Бельский одним выстрелом положил его на спину, а затем мы с приятелем чуть не подрались. Опер рычал на меня за то, что я подверг опасности свою жизнь и жизнь девочки, не послушался и попёр в сортир сам.
А я возмущался тем, как это его люди так помещения осматривали, что мою Хелен пропустили.
И вот я быкую, наезжая на оперативного сотрудника. Можно сказать, должностное лицо органа, уполномоченного на осуществление оперативно-розыскной деятельности, раздражаю. И совсем не думаю, что злой Бельский может меня просто пристрелить на хрен, и всё. Скажет, что так и было. Тут ведь у нас происшествие.
