И до небольшого каменного здания, сияющего дешёвой побелкой, мы с девчонкой добираемся пешком.
Если ещё сутки назад я бы рычал от радости, что у нас с Хелен будет один общий номер с огромной двуспальной кроватью, то сейчас с удовольствием согласился бы на два отдельных, потому что мне надо подумать и что-то решить, спасая нас всех.
— Давай купим какой-нибудь еды, не думаю, что здесь ресторан работает целый день. Наверное, к вечеру только открывается. Пойдём вон в тот магазин «Продукты», купим там каши какой, макарон быстрого приготовления, колбасы, — тараторит девчонка и тянет меня за собой.
Её забота меня убивает. Ругаться было проще. Я хоть и циничный говнюк, но, похоже, зачатки совести у меня всё же есть. Иду за ней. И даже лужи не замечаю, пру прямиком по воде, потому что мозг забит совсем другим. Просто трэш какой-то. Тяну два пакета в номер, вполуха слушаю Хелен. Красивая, молодая и нормальная. Вот только ко всем жизненным неурядицам ей не хватает ублюдка вроде меня. Родители умерли, сестра во что-то ввязалась и пропала.
А тут ещё я. Очень нужный мудак. Чтобы поматросил, как говорится, и бросил. Такое ощущение, что девочка воспринимает наше совместное проживание так, будто мы влюбились и съехались. Как там говорят? Мы в ответе за тех, кого приручили? У нас разница в возрасте просто огромная. Ей мальчик нужен для любви, а не я, и уж тем более не Попов. Я решил, что она крутая и бесстрашная, а она просто маленький крольчонок, нуждающийся в ласке. Лучше бы стервой была."
"Антоха — молодец, позаботился об оплате на месяц.
И я начинаю прикипать к нему, но всё равно не могу успокоиться. Позвонил Льву ещё раз и попросил удвоить охрану в его доме. Потом подумал, что, возможно, зря с ним связываюсь и надо снова выкинуть сим-карту. Антохе и его ребятам тоже поручил помочь другу. Наш ЧОП на уши поставил. Все силы бросил на это. Хрен с ним со мной, лишь бы его семью не тронули.
И, пока я находился в полной прострации, не заметил, что уже сижу в нашем номере за столом.
Поляна накрыта, бутерброды нарезаны, а в чайнике бурлит вода.
— Расскажи мне всё, что знаешь.
Говорю это, а сам продолжаю крутить в башке мысли.
— Саш, чем меньше тебе известно, тем лучше, поверь мне, — вздыхает, отворачивается.
Снова заботится обо мне.
— Лена! — Стукнув по столу, я чувствую кипящее внутри негодование. — Просто расскажи мне всё, что тебе удалось узнать! Я хочу понять, что ты там чудила и куда теперь двигаться дальше! Мы Антохе поможем.
