Папа?! Хан сказал ПАПА?!
Я не знаю, что именно стучало истерично и захлебываясь в моих висках, пока голова разрывалась в поисках ответа на новую головоломку, выискивая в памяти какие-то обрывки слов, фраз и разговоров о Хане. О его прошлой жизни. О родителях.
Разве Джеки не говорила о том, что про отца Хана было ничего не известно, а сам Хан попал в детский дом после того, как умерла его мама? Так неужели его отец был все это время жив? И не пытался найти своего сына, который все детство провел в детском доме, вдали от него? Даже если это было так, и мужчина разыскал Хана позже, как он смог простить своего отца за то, что тот не был рядом все эти годы?!
Возможно я плохо знала Теомана.
Скорей всего не знала его вовсе, но я немного знала Хана, и была уверенна в том, что он не смог бы простить такого никогда. Хан был слишком самодостаточен. Слишком высокомерен, слишком жестким для такого милосердия.
Мне казалось, что меня просто нельзя удивить в этот день еще сильнее, но Хан было словно сундуком Пандоры, из которого каждую секунду появлялось что-то новое, что просто переворачивало мой мир с ног на голову, круша все нерушимые ранее устои, на которых я пыталась построить свою новую жизнь.
Пока безуспешно.
Кажется, нужно было подготовится к этой встрече основательнее и выпить с утра как минимум стандарт успокаивающих средств, чтобы не теряться каждую секунду на грани потери сознания в полное и совершенно беспомощное забвение.
"
"— Да эта чертова штуковина умнее меня! Я подумал вслух, что надо бы попасть в гостиную и она сама меня привезла сюда! Слушай, сын, а в шахматы с ней можно играть?
Не дыша, я смотрела, как Хан осторожно и медленно вывозит в центр светлой большой гостиной инвалидную коляску, в которой сидел пожилой седой мужчина…темнокожий и с ужасающе светлыми глазами, в которых даже зрачок был не черным, как положено, а серым.
Теперь я не понимала совершенно ничего, готовая уже попросить стакан холодной воды, а лучше литр валерьянки, и присесть куда-нибудь, чтобы закрыть глаза и просто ни о чем не думать.
Я не знаю, что именно отразилось на моем лице, только темные глаза Хана предупреждающе сверкнули, возвращая меня на бренную землю одним лишь только своим колким и твердым взглядом, словно горячая требовательная рука сжала меня, встряхивая и заставляя прийти в себя.
