Альпаки и викуньи живут на воле, пасутся на горных склонах, но раз в год, осенью, когда в северном полушарии весна, их сгоняют в специальные загоны и стригут. Шерсть у них намного лучше, чем у овец: тоньше, легче, теплее, водонепроницаемая, несмотря на то, что без жира, благодаря чему меньше пачкается.
Перед заходом солнца я подстрелил кого-то из семейства верблюдовых. Надеюсь, что гуанако. Приготовленное на углях мясо было нежирным, мягким и сладковатым. Мне кажется, на любое мясо, запеченное на углях, становится вкусным.
Мы с Гуамом уплели килограмма по три или даже больше. Местная кукурузная диета напрягала обоих. Заодно напекли и на завтрак, и даже осталось немного на перекус по дороге, которая становилась все круче. Переночевали на опушке леса под деревом с широченной кроной, не знаю названия. Ночные птицы всю ночь исполняли жуткими голосами арии из какого-то неизвестного мне, но явно кладбищенского мюзикла.
На этой высоте над уровнем моря было не так жарко, как на побережье, признаков городов тоже не наблюдалось, поэтому я решил идти на юг по тропам, соединявшим деревни.
Мы никого не трогали и на нас не нападали, разве что все обитатели сбегались полюбоваться диковинным чужеземцем. Изредка, когда надоедало питаться только мясом, выменивали на морские ракушки у аборигенов кукурузные лепешки и овощи, в основном картофель, который запекали в кострах. Кстати, чиморцы назвали его п а па. Запек на ужин папу и съел.
Скорее всего, в Ичсме знали, где мы и куда движемся.
Несмотря на отсутствие продвинутых средств связи, информация сейчас разлетается очень быстро. Погони пока не было. Может, еще не догнала, а может, уже ждет впереди. Наверняка есть эстафетная почта с городами, расположенными южнее на берегу Тихого океана, в которых прислушаются к просьбе ичсмских жрецов. Так что я все время был начеку. Впрочем, это было для меня естественным состоянием во время путешествий во все эпохи. За порогом твоего дома война. Попадешь на нее или нет — дело случая.
63
Не скажу точно, сколько дней мы шли, наверное, больше месяца. Последние мои эпохи хороши тем, что в них нет острой необходимости в часах и календарях. Мы просто двигались генеральным курсом на юг, не переутомляясь. С раннего утра, по холодку, часов пять-шесть, потом обед и сиеста и еще часа четыре ходьбы, пока не надоест наслаждаться пейзажами и не подстрелим что-нибудь на ужин. Листья коки помогали легко переносить нагрузки.
