— Сказали бы, что надо отвлечь внимание турок, я бы так и сделал! Ударил бы по ним так, что забыли бы, где находятся эти самые Пиги!
— Тогда бы ты стал автором победы, — сказал я. — Михаилу надо доказать, что предыдущие его поражения было случайностью, что он — великий полководец, достоин править империей. Иначе можно остаться без короны, которая у ромеев не всегда передается по наследству. Пока мы будем долго и нудно захватывать маленький и ничего не значащий городишко, Михаил разобьет якобы большую турецкую армию, которая напала на нас.
— Да, повезло мне с родственниками! — сокрушенно произнес он.
— Ты этого хотел, Рожер де Флор, — перефразировал я историческую фразу, не став объяснять ее смысл.
Командир ромейских «артиллеристов» был тут же отправлен в обратном направлении, а все осадные орудия размещены в одном месте, указанном мной. На следующее утро начали обстреливать из них крепостные стены. Сперва камни летели с недолетом или перелетом.
— Если будете и дальше так стрелять, не получите доли из трофеев, — предупредил я и дал несколько советов, которые показывали, что кое-что смыслю в осадных орудиях.
Внушение подействовало. До вечера стрельба велась прицельно, в результате чего стена была частично разрушена. Она была довольно хлипкая — между двумя тонкими кладками из камня и кирпича земляная забутовка. Ночью любимец командира «артиллеристов», видимо, напомнил остальным его приказ. Не удивлюсь, если это один из тех, кто пытается зарядить слишком тяжелый камень, выдавая это за усердие.
Скорее всего тот, который слаще всех улыбается мне. Я бью его в ухо. Ромей валится на землю с громкими воплями, словно его придавило камнем, который пытался втиснуть в мешок.
— Долю в добыче ты не получишь, — говорю я ромею и приказывая каталонским пехотинцам, которые охраняли осадные орудия на случай вылазки турок. — Гоните его в шею!
Пехотинцы с удовольствием выполнили приказ. Заносчивость трусливых ромеев бесила их. По мнению каталонцев, заносчивым мог быть только смелый человек.
По мнению ромеев, таковым мог быть только образованный человек. В обоих случаях смущало то, что заносчивых было намного больше, чем смелых и образованных вместе взятых.
На остальных «артиллеристов» процедура произвела должное впечатление. Тут же в мешок был заряжен камень нужного размера и еще раз проверен угол наклона противовеса. По моему приказу одновременно выстрелили все требюшеты и катапульты.
