Наверное, пытались угадать, кто у грабителя украл дубинку? Увидев нас, всё поняли и ушли к крепости — деревне, обнесенной каменной стеной высотой метров пять с четырьмя угловыми башнями на пару метров выше, — возле которой расположились остальные бойцы их отряда. Те тоже увидели нас. Теперь будут совещаться. Крепость они, конечно, могут захватить, но не думаю, что в их планы входит застрять на острове надолго. Во-первых, рыбацких лодок на всех не хватит: а во-вторых, надо будет суметь проскочить мимо нас. Разве что у одиночной лодки получится.
От Тиноса до материка доплыть не трудно. Всего миль пятьдесят преодолеть, и есть пара островов по пути, где можно заночевать и передохнуть. И позвать на помощь. Только вот придет ли им кто-нибудь на помощь?! Сомневаюсь я, однако."
"На переговоры приплыли пятеро. Двое остались в лодке, а трое поднялись на борт бригантины. Первым ступил на палубу Беренгер Вентайола. Вид у него был, как у нашкодившего школьника. Если люди, которые не стареют внутренне. Волосы станут седыми, а в душе — пацан пацаном.
Наверное, Беренгер ожидал, что я отнесусь к нему, как к предателю.
— Кого я вижу! — радостно произнес я и обнял его за плечи, как старого друга, с которым долго не виделся. — Был уверен, что встречу тебя здесь, что не усидишь ты дома!
— Позвали — я и пошел. Скучно дома сидеть, — честно признался Беренгер Вентайола и произнес льстиво: — Как узнал, что галеры пропали, сразу сказал, что это твоя работа.
Я пропустил последнюю фазу мимо ушей.
— Джейм Сакоман тоже здесь? — поинтересовался я, хотя был уверен, что услышу отрицательный ответ, потому что иначе бы прислали на переговоры и его.
— Не захотел он, — ответил каталонец. — Сказал, что старый уже. Видать, знал, хитрый лис, что ничего хорошего из нашего похода не получится.
Следом за каталонцем на борт поднялись двое сицилийских рыцарей, приплывших, наверное, в Афинское герцогство с бастардом Фадрике. Оба были молоды, лет двадцати, одеты в кольчуги, но без шлемов и оружия.
— Пойдемте ко мне в каюту, — пригласил я.
— Выпьем вина, поговорим.
Я сел во главе стола. Парламентеры сели слева от меня, а места справа заняли Алоиз Бафо, Тегак и тринадцатилетний Александро Градениго. Последний — для симметрии. Дзан налил нам в серебряные кубки из серебряного кувшина ароматного вина и подал на серебряных блюдах восточные сладости, привезенные из Египта. Сицилийцы ненавязчиво разглядывали меня. Не знаю, что им рассказали обо мне каталонцы, но, видать, что-то очень интересное.
