— А нельзя ли мне с господином рыцарем добраться до Галлиполя и сесть на проходящую галеру? Меня тем не тронут?
— Одного барана два раза не стригут, — произнес я цензурный вариант русской поговорки и зевнул, потому что тоже привык спать после обеда. — Скажи жене, пусть постелет мне здесь, в тенечке."
"Купчиха принесла мне перину и подушку со своей кровати. Все равно пропадут. Я заснул быстро. Поздно ложиться и спать днем — такой распорядок как раз по мне. Наверное, мои далекие предки жили на юге.
Разбудили меня голоса.
Тегак объяснял Феррану де Ареносу, что лучше меня не будить: спросонья я зол. Бывший адмирал был уверен, что я прощу его, когда узнаю, почему разбудили. Сопровождал его солдат с узлом в руке. Увидев, что я проснулся, каталонец весело выпалил:
— Никак найти тебя не мог! Думал, ты в центре где-нибудь. Пока кто-то из солдат не подсказал.
— Лучше бы ты и дальше меня искал, — произнес я без злости и приказал Тегаку: — Налей нам вина.
Сев за столик, Ферран де Аренос спросил:
— Что тебе сейчас снилось?
— Не помню, — ответил я.
И действительно не помнил. Где-то в глубине мозга еще мелькали бледные хвосты померкших снов, но вспомнить их не мог.
— А мне, когда ты будил, снился святой Георг! — сообщил он. — У него была такая длинная седая борода и в руке огненный посох. Толкает он меня посохом в плечо и говорит: «Просыпайся, сукин сын!». Вещий был сон!
— На счет сукиного сына — согласен, — пошутил я.
Каталонец весело засмеялся, а потом радостно похвастался:
— Всё-таки мы захватили этот город! Никто уже не верил! — и, троекратно перекрестившись, закончил: — Святой Георг услышал мои молитвы и прислал тебя!
— Ты бы и без моей помощи захватил его, — молвил я.
— Может, и захватил бы, но не скоро, — скромно заявил Ферран де Аренос и жестом подозвал своего ординарца: — Поэтому прими от нас подарок — самое ценное, что здесь нашли.
Солдат поставил на стол узел из куска золотой парчи, развязал его. Внутри был золотой сервиз: поднос, на котором стоял кувшинчик литра на два с рукояткой в форме змеи, которая кусала верхний край его, и двумя круглыми барельефами на боках в виде головы Медузы-Горгоны и шесть стопок емкостью граммов сто.
Подарок был символичный. Правда, я не уверен, что Ферран де Аренос знал, кто такая Медуза-Горгона.
— Спасибо! — поблагодарил я и добавил шутливо: — Будешь осаждать следующий город, зови!
— Обязательно позову! — пообещал он.
Мы выпили с ним еще, на этот раз из золотых стаканчиков.
