На большинстве турок были дорогие доспехи и шлемы. Боятся, что придется поделиться. Доспехи и оружие на воине трофеями не считаются и разделу не подлежат. Турки расположились вокруг меня, а не как раньше с одной стороны, чтобы я был между ними и каталонцами. Вид у кочевников был такой, словно хлебнули вина, как минимум, по литру.
— Давно мы не брали такую богатую добычу! — хвастливо произнес Халил.
Подозреваю, что никогда раньше им не доставалось так много. В деревнях при всем желании столько не найдешь, а на города у них кишка была тонка.
Я увидел подъезжающего командира Каталонской компании, пошел к нему. Беренгер Рокафорт тяжело слез с коня и повертел телом, разминая его. После нескольких часов верховой езды задница кажется чужой. Несмотря на усталость, каталонец светился от счастья.
— Потрепали их здорово! — радостно произнес он. — Если и завтра вломим, можно спокойно возвращаться в Галлиполь.
— Выстави ночью усиленные посты, чтобы не напали на нас внезапно, — посоветовал я.
— Это само собой разумеется, — сразу согласился Беренгер Рокафорт. — И ты пошли разъезды, чтобы на нас не напали с тыла или флангов, и прикажи своим, чтобы спали, не снимая доспехов.
В доспехах спать тяжело. Я спал вполглаза. Снилось, что ромеи бесшумно подкрадываются к нам, а я не могу пошевелиться, разбудить соратников. Несколько раз просыпался и лежал, прислушиваясь. Было тихо, если не считать храп разной громкости и продолжительности да приглушенные стоны раненых. Не помешало бы встать и проверить посты.
С этой мыслью опять проваливался в тревожный сон.
Встал на рассвете не выспавшийся, разбитый. Тело ныло, словно ночью по мне проскакал табун лошадей. Если бы сейчас ромеи пошли в атаку, не уверен, что нашел бы силы противостоять им. Убедившись, что враг не крадется к нам, сделал зарядку. После нее немного полегчало. Тегак тоже встал и разжег костер, чтобы разогреть испеченное вечером мясо. Парень растет, постоянно хочет есть. Я смотрел на просыпающийся лагерь, на воинов, которые вели себя так, будто мы заночевали во время мирного перехода.
В городе Апры тоже вели себя так, словно мы не имеем к ним никакого отношения. На башнях стояло по несколько человек, но на стенах никого не было.
Я взял кусочек холодного мяса, подгоревшего, пересушенного, пожевал, запивая водой. Вино кончилось вчера вечером, когда отмечали победу. Выпил с нами и Халил.
— Сегодня такой день, что Аллах простит! — сказал он в оправдание.
