Они приближаются к столице!
– С чего ты взял, что они преступники, дурак?
– Они помогли мне, они, можно сказать, спасли мне жизнь.
– Ну так что с этого? – Сержант зевнул. Стоя на часах, он видел чудесный сон, будто король пожаловал ему булаву фельдмаршала, а теперь снова стал страдающим от похмелья сержантом, имеющим в подчинении только трех пьяных в стельку алебардистов. – Ну попались хорошие люди, помогли. Почему сразу преступники?
– В наше время, господин сержант, хорошие люди вызывают куда больше подозрений, чем плохие.
Они спасли мне жизнь, разве это не странно?
Сержант с усилием открыл глаза и в упор посмотрел на омерзительную рожу корзинщика.
– Да, действительно странно, – согласился он. – Как это случилось?
– Они защитили меня от воров, – начал перечислять корзинщик, – потом накормили пшенной кашей, да еще дали жареной баранины.
– Вот так да! – не сдержался алебардист, поскольку, пьянствуя с ночи, не удосужился чего-нибудь съесть.
– А я вам о чем говорю.
– Просто так, незнакомые люди?
– Вот именно, ваша милость, вот именно! Скажу вам больше, – корзинщик перешел на шепот, поскольку мимо через ворота проходили горожане, – скажу больше – среди них были не только люди…
– Что значит «не только люди»?
– Там был эльф – одна штука, – корзинщик загнул грязный палец.
– Эльф?!
– Дальше, не побоюсь этого слова – гном!
– Ну, этих мы видели.
Корзинщик в ответ только усмехнулся.
– И еще огромный, с острыми зубами и длинными мечом – орк-людоед!
– Людоеды в королевстве?! – вскричал пораженный алебардист.
– Вот именно, ваша милость, законность в опасности.
Сержант повернулся и крикнул:
– Зальц! Поднимайся, старая задница, пора послужить королю и отечеству!
– Видите, какой ценный донос я учинил, господин сержант, не забудьте – моя фамилия Свонберг.
– Да уж запомню, не бойся. Небось ты мне сам напомнишь.
– А еще, господин сержант, с ними едет колдун.
– Колду-у-у-ун? – Алебардист приподнял шлем и поскреб под ним лысую голову. – А вот это мне совершенно не нравится.
Настроение у сержанта переменилось, ему вдруг расхотелось служить королю и отечеству.
– Да вы не извольте беспокоиться, ваша милость, колдун этот совершенно ослаб – я сам видел, лежит под дюжиной одеял и еле дышит. Поистратился малость колдун, теперь не страшней старухи.
Из пролома в крепостной стене появился Зальц, щурясь на свет и почесываясь в самых неожиданных местах.
– Чего надо? – спросил он.
– Королю и отечеству послужить хочешь? – спросил его сержант.
