Эти демоны – хищники – экзадоры, дефтироны, калхинуды. Они нападают на любое животное или человека, но не могут стать паразитами и затаиться в ничего не подозревающей жертве.
– В людях?
– В людях, в животных.
Каспар замолчал, внутренне передернувшись. Да уж, осознавать, что в тебе живут какие-то твари, разве это не ужасно?
– А что еще они делают с нами, эти паразиты?
– Кому-то сокращают жизнь, а кого-то подавляют совсем, превращая в раба. Например, заставляют его убивать всех подряд, пресыщаясь кровью.
– Мне приходилось встречать таких, – заметил Каспар.
Они какое-то время ехали молча, Каспар посматривал по сторонам, обдумывая то, что узнал от мессира. Ему снова вспомнился Кромб.
– А чем этот Кромб может быть опасен: он вызовет демонов или донесет королю о прибытии слуг герцога?
– Сейчас он слаб и еще не скоро вернет себе даже половину той силы, что у него была, однако к королю он тоже не пойдет.
– Почему?
– Важнее всего для него сейчас сила, а получить ее он может, только убив нас.
– Всех?
– Ему бы хотелось всех, – мессир Маноло улыбнулся, – но это едва ли возможно.
– Зачем ему убивать нас? Если он желает получить артефакты, самое время действовать против герцога, пока нас нет в Ливене.
– Я же говорю, у него пока руки коротки захватить артефакты, нет силы. Если же он убьет меня, может получить мою силу, а, уничтожив весь отряд, – нашу общую удачу.
«А что, у нас есть удача?» – хотел спросить Каспар, но тут же вспомнил, как в прежние времена неоднократно возвращался из походов в одиночестве, навлекая на себя обвинения в колдовстве.
Даже Генриетта и та полагала, что ее муж знает заговор от смерти и расплачивается за свои дукаты чужими жизнями."
"С остальными то же самое. Углук после нескольких лет наемничества едва ли не единственный уцелел из целого полка орков.
На Аркуэнона охотились все его сородичи, обвиняя в грехах, которые он не совершал. Трудно представить себе, чтобы какому-то человеку объявили войну эльфы и он остался жив. А Аркуэнону хоть бы что.
Как-то его ударили по спине мечом, перерубив все до одной стрелы в колчане, но он отделался только ушибом.
Всякого повидали и не расстающийся с топором Фундинул, и Бертран, выходивший из боев едва живым. А сколько раз он чудом оставался жив во время рыцарских турниров, об этом знает только он сам.
Сопоставив все эти факты, Каспар был вынужден согласиться с мессиром Маноло: да, если знать, как из их удачи сделать силу, этой силы получится много.
