Он открыл дверцу, посветил внутрь и сказал:
— Мистер Шеферд.
Шеферд подошел к нему. Сент-Джеймс открыл другую дверцу. Констебль Гаррити светила ему фонариком. Шеферд заглянул внутрь и увидел коробки и картонки, а Сент-Джеймс пошарил в распахнутом настежь отделении для перчаток.
— Ну? — спросил Линли. — Это ее машина, констебль?
Это был «опель», такой же, как сто тысяч других «опелей», и отличался от них только тем, что заднее сиденье было до крыши набито вещами. Шеферд подвинул поближе одну из коробок и вытащил оттуда пару садовых перчаток Линли заметил, как судорожно сжалась его рука.
Сомнений нет. Это тот самый «опель».
— Тут ничего интересного, — сказал Сент-Джеймс, захлопнув дверцу. Он поднял с пола кусок грязной полотенечной ткани и намотал на руку короткий кусок бечевки, валявшийся вместе с ней. Потом задумчиво поглядел в ночь. Линли перехватил его взгляд
Ландшафт был черно-белый. Падал снег, и местность не освещалась ни луной, ни звездами. Ничто не мешало стихии хозяйничать на просторах вересковых пустошей — ни лес, ни холмы.
Ледяной ветер пробирал до костей, резал глаза.
— Что там впереди? — спросил Линли.
Его вопрос остался без ответа. Констебль Гаррити колотила руками по плечам и топала ногами, приговаривая: «Наверное, минус десять». Сент-Джеймс хмурился и терзал бечевку, завязывая на ней причудливые узлы. Шеферд по-прежнему сжимал садовые перчатки, держа руку возле груди, и смотрел на Сент-Джеймса словно завороженный.
— Констебль, — резко сказал Линли.
— Я спросил вас, что впереди.
Шеферд очнулся. Снял очки и вытер их о рукав. Это было бесполезно. В тот момент, когда он их надел, линзы снова залепил снег.
— Пустоши, — ответил он. — Ближайший город Хай-Бентам. К северо-западу.
— По этой дороге?
— Нет. Эта пересекается с А65.
А65 к Керби-Лонсдейлу, подумал Линли, а далее — М6, озера и Шотландия. Или на юг — Ланкастер, Манчестер, Ливерпуль. Возможности бесконечные. Если она сумеет добраться туда, она выиграет время и, возможно, сбежит в Ирландию.
Сейчас она была как лиса на зимнем поле, где ее врагами стали полиция и безжалостная погода.
— Хай-Бентам ближе, чем А65?
— По этой дороге не ближе.
— А если не по дороге? Напрямик? Ради Христа, парень, они ведь не пойдут по обочине, дожидаясь, когда мы проедем мимо и их подвезем.
Шеферд заглянул внутрь машины, затем посмотрел на констебля Гаррити, словно желая удостовериться, что все они поняли, что он готов сотрудничать с ними.
