— Он много лет никуда не выезжал из Ливерпуля, — заметил Тайрон. — Вот и занервничал.
— Нет. Просто чувствует, кто он такой. — Брендан отвернулся от окна и посмотрел на братьев. Похожи на него — не отличишь. Мощные покатые плечи, орлиные носы. Волосы ни светлые, ни темные. Глаза ни голубые, ни зеленые. Челюсти ни широкие, ни узкие. Все они, со своими неприметными лицами, очень годились на роль потенциального киллера из сериала. Приблизительно такой была и реакция Таунли-Янгов, когда они увидели всю семью жениха — словно оправдывались их самые худшие ожидания, сбывались самые ужасные сны.
Так что Брендан не удивлялся, что его отец поглядывал на дверь и считал минуты, когда наконец сможет сбежать. Сестры, вероятно, испытывали то же самое. Он даже слегка им позавидовал. Час-другой, и все закончится. А для него кошмар только начинается. Возможно, на всю жизнь.
Сесили Таунли-Янг согласилась на роль главной подружки невесты, своей кузины, потому что так велел ее отец Ей совсем не хотелось приезжать на эту свадьбу.
У них с Ребеккой никогда не было ничего общего, кроме родственных уз. Обе — дочери сыновей тощего фамильного древа.
Она никогда не питала симпатии к Ребекке. Во-первых, они не имели общих интересов. Для Ребекки не было большей радости, чем объехать четы-ре-пять конских базаров, потолковать про высоту в холке и, приподняв резиновые лошадиные губы, пристально посмотреть на жуткие желтые зубы. Она постоянно таскала в карманах кусочки яблок и морковки, как носят мелочь, проверяла копыта, мошонку и глазное яблоко с таким интересом, какой большинство женщин уделяют одежде.
Во-вторых, Сесили устала от Ребекки. Двадцать два года она терпела дни рождения, пасхальные, рождественские и новогодние семейные мероприятия в имении ее дяди — и все ради фальшивого семейного единства. Все это перемололо в песок даже те крохи привязанности к старшей кузине, которые могли бы таиться в ее душе. После нескольких бешеных выходок Ребекки она старалась держаться от нее подальше, если они оказывалась под одной крышей более чем на четверть часа.
В-третьих, она находила ее нестерпимо тупой. Ребекка ни разу в жизни не сварила яйцо, не выписала чек и не убрала постель. Ее ответ на любые жизненные проблемы, даже самые пустячные, был неизменным — «Папа все уладит». Именно эта ленивая зависимость от родителей была ненавистна Сесили.
Даже сегодня папа уладил все проблемы в наилучшем виде.
