Она была отличным воином и поэтому именно ее я попросила тренироваться со мной каждое утро, чтобы стать еще более ловкой, быстрой, уверенной в каждом движении. А еще принять опыт рода Бурых, которым Тайга делилась, не скрывая ничего. Она показывала новые удары и комбинации, которые можно было использовать в бою, а я старательно впитывала в себя всё, как губка.
- Ты видела, как дерутся Кадьяки?
- Немного.
- Словно в насмешку над всеми нами они наделены огромной силой. Слишком быстрые, слишком проворные. Им не нужно сочинять что-то специально, достаточно просто поймать свою жертву.
Им не нужно оружие, не нужны уловки, потому что они и есть самое страшное, что только может случиться в бою у любого Берсерка. Если ты попал в его руки, то считай, что уже мертв. И не важно оторвет он тебе голову, разорвет на части или раздробит руками череп.
Замолчав, Тайга изогнула брови, протянув, не скрывая явного восторга:
- Но Карат другоооооой. Ты заметила, как он ведет себя в бою?
Я и вспоминать об этом не хотела, не разделяя восторга девушки, потому что его в моей жизни и без того стало слишком много в последнее время, но мысли сами полезли в голову бурным ярким потоком, давая понять, что как бы я не противилась и что бы не отрицала, а этот тип умел произвести впечатление, даже если в тот момент перед ним такой задачи не стояло.
Да, я видела, как он дерется.
Еще тогда, в самый первый раз, когда увидела его в лесах родной Арктики, уже тогда я поняла, что этот мужчина совсем не прост и его явно стоит опасаться, но увидев, как он ловко и быстро убивает людей, щелкая раздробленными черепами, словно скорлупой грецкого ореха - я была по меньшей мере шокирована.
Это было воистину впечатляющим.
Мужчины нашего рода не причиняли вреда людям. Скорее они избегали их. К счастью наш дом был достаточно далеко от поселения и поэтому риск увидеть то, что люди видеть не должны, был минимален. Но даже если и было нечто подобное, то никогда воины рода Полярных не убивали с такой жестокостью и страстью, как делали это Кадьяки.
Они не упивались чужой болью, не стремились продлить ее, не улыбались страшно и хищно, когда дело было сделано.
А потому вид Карата и его ручища, которые щелкали человеческие головы, как орешки, сложно было забыть даже сейчас.
- Он не бросается бездумно в гущу событий, - продолжала тем временем Тайга и ее глаза блестели от восторга, - А первое время словно отступает от тебя на пару шагов и наблюдает.
