– Даже не вопрос! Но и этот пока годится. Гони, а то совсем опоздаем, я же не хочу много внимания к своей персоне привлекать.
К стадиону подлетели за пять минут до начала матча, Женька побежал за ключом от ложи, а Марина на всякий случай отсиделась в машине, чтобы никто вопросов не задавал.
– Ох ты, сука, принципиальный какой! – зло проговорил вернувшийся с ключом Хохол. – Я б ему съездил, конечно, с левой, но перед игрой как-то некрасиво главному тренеру рожу реставрировать.
– С Марадоной погрызлись? – поинтересовалась Коваль, следуя за ним к ложе.
– Баклан помойный, – процедил Хохол, открывая дверь и впуская Марину внутрь. – Ты, говорит, прав на эту ложу не имеешь, прикинь? Ну, я ему этот базар еще припомню. Поднялся над кучей навоза! Тренер!
– Ой, хватит уже, надоело! – Она села в кресло, закинув ноги по привычке на подоконник огромного, во всю стену, окна, и Хохол блеснул глазищами:
– Сядь нормально, а то игры можешь не увидеть.
Внизу, у тренерской кабинки, показался племянник в светлом летнем костюме, представительный и солидный, не скажешь даже, что ему всего двадцать шестой год.
Он о чем-то разговаривал с Марадоной, и тот отчаянно жестикулировал, доказывая что-то и мотая головой в сторону ложи. Колька поднял голову и увидел Марину, она чуть махнула рукой, и он понял, что это тетка, а не кто-то другой, но виду не подал, как и просили.
Марадона остался, видимо, недоволен равнодушием директора клуба к тому, что «зарвавшийся» охранник приволок в персональную ложу Наковальни какую-то бабу, но спорить не стал, только сплюнул и пошел на свое место в кабинку.
Колька послал Марине воздушный поцелуй, но кто знает – может, он предназначался Ветке, сидевшей в секторе на третьем ряду в белой широкополой шляпе?
– Ведьма-то вырядилась, – захохотал Хохол, увидев ее. – Целый аэродром на голову нацепила, чудачка!"
"Команда оставила не самое лучшее впечатление – Коваль ожидала большего, во всяком случае, чтобы они хоть изредка центр поля переходили, все же дома играют.
На острые атаки защитники вяло огрызались чем-то невразумительным, едва успевая перекрыть свои зоны, нападающие вообще не выдерживали никакой критики, счет к перерыву так и не открыли, но при подобной игре и ничья – уже результат.
– Вот теперь видишь, как все идет без моего контроля? – спросила Марина у Хохла в перерыве. – Вот нет меня, и что? Полная задница.
