– Отпусти меня! – завизжала Марина, едва только ее рот оказался свободным, но у Хохла было на этот счет совсем другое мнение:
– Разумеется, я тебя отпущу, конечно, даже базара нет на эту тему, но это будет позже, да? Я так соскучился по тебе, а ты нет разве? Ну, не дергайся, все равно по-моему будет…
Есть же люди, которым проще отдаться, чем объяснить, почему не хочешь! Вот и Хохол такой…
– Сволочь! – Она со всей силы укусила его за плечо, но Женька только фыркнул, снова подмяв ее под себя и прижав руки к постели:
– Бесишься? Ну-ну, давай! Я ведь люблю, чтобы обламывать приходилось… – Его губы заскользили по груди, по животу.
– Хочу еще…
– Отвали от меня! – Марина билась под ним, но это все было напрасно – сто десять килограммов, лежащие сверху, были недвижимы.
– Ох, какая же ты… – бормотал Хохол, не выпуская ее и переворачивая на живот, и Коваль застонала:
– Женя, не надо…
– Надо, моя родная, надо… скажи честно – ведь тогда, в прокуратуре, ты с кем-то загасилась? Я же тебя знаю, знаю, как глаза у тебя светятся, когда удалось… Ну, скажешь?
– Не мели ерунды!
– Да какая уж тут ерунда… и пахло от тебя мужиком, и в душ ты дома сразу рванула… – Он выговаривал это, а сам не переставал двигаться в ней, запустив в волосы руку и пытаясь повернуть ее голову к себе так, чтобы увидеть глаза, но Марина не давала, зажмурившись от боли.
– Так не скажешь? Под мента легла, да, Коваль, а теперь признаться стыдно?
Она собрала остатки сил и вырвалась из-под него, оставив при этом на его руке приличный клок волос:
– Что ты пристал?!
Женька невозмутимо вытянулся на постели, закинув руки за голову, и насмешливо посмотрел на нее:
– А что, это не так? Хочешь, скажу, под кого?
– Я же сказала – отвали, не было ничего! Черт, все волосы выдрал…
– Сама дернулась.
Значит, говоришь, не было ничего? Тогда чего ж мы так часто номер у мобильного-то меняем? Я скажу – потому что только мент может так же быстро его добывать, простому-то смертному это вряд ли удалось бы! Так что много ума не надо, чтобы понять, кто тебя в управе нашампурил.
– А ну-ка, убирайся отсюда! – рассвирепела Коваль, вскакивая. – Разлегся здесь, как у себя на шконке! И запомни – еще раз посмеешь меня тронуть, пожалеешь, что родился!
– В ментовку сдашь? – насмешливо спросил Хохол, но с места не сдвинулся. – Ништяк, дорогая, вот это будет тема!
– Сейчас другая тема будет, если не свалишь из моей спальни! – предупредила она, закуривая.
