Хотел увидеть в реальной ситуации возможности своих моряков. Никто не может предсказать события завтрашнего дня. Если впереди поход в Африку, надо хоть как-то ориентироваться в боевых возможностях своих солдат. Экзамен выдержали на отлично.
Граф спустился по абордажному фалиню на палубу «Афродиты». Попросил матросов помочь смыть кровь. К нему подбежал Семен Афанасьевич:
– Вы не ранены, граф?
– Сейчас помоюсь, и посмотрим результат.
«Зачем я это все устроил?» – думал Сергей, смывая с себя чужую кровь. Честно ответил себе: «Я этого хотел, хотел боя с кораблями и хотел абордажного боя, хотел проверить себя и своих людей в реальном бою.
Теперь моряки поверят в свои силы, никогда не испугаются врага».
Когда с помощью матросов вымылся, то не обнаружили даже ссадин.
– Ты молодец, граф, сам вражьей кровью умылся, себя даже поцарапать не позволил, – завистливо сказал Петр Хардерберг.
Хаки Котлу заметил шевеление среди пленных на палубе, услышал обрывки слов. Он подошел:
– Что случились? О чем говорят с корабля?
– Говорят, что этот русский, – матрос показал рукой на графа, – одним ударом отрубил голову Газману.
– В вашем экипаже служил великий Газман?
– Да, он был среди нас, с палубы крикнули эту новость.
Великий Газман убит графом?! Не просто убит, ему срубили голову одним ударом! Гордость турецкого флота, непобедимый борец и чемпион всех состязаний! Способный ударом кулака убить своего противника. Самый знаменитый человек Турции лежал с отрубленной головой.
Граф вышел из каюты в другой одежде и показал Семену Афанасьевичу на виднеющиеся паруса.
– Абордажную команду оставляем?
– Десяток берем, остальные пусть разбираются здесь.
Капитан «Афродиты» начал командовать, Хаки Котлу понял, что корвет собирается отходить. Подбежал к Сергею.
– Граф, позвольте мне перейти на линейный корабль.
– Переходите и возьмите в свои руки наведение порядка.
«Афродита» пошла на перехват купеческого корабля. Хаки Котлу пошел осматривать повреждения и результаты абордажного боя.
Среди русских потерь или раненых не было. Чего не скажешь о турецких морских пехотинцах. На верхней палубе лежало на парусине более двух сотен.
– Где Газман? – спросил он первого же турецкого матроса.
– Там, где и погиб, мы его не трогали.
– Кто видел его смерть?
– Они вокруг него, все его друзья стоят или лежат рядом.
Хаки Котлу спустился на офицерскую палубу и увидел обезглавленного гиганта. Он лежал недалеко от трапа, ведущего на артиллерийскую палубу.
