– Да, но, полагаю, на балу они не совершат ничего противозаконного.
Марианна засмеялась.
Он поклонился ей и протянул руку:
– Итак, мисс Нотли, позвольте пригласить вас на вальс.
Марианна, прикусив губу, огляделась: он что, всерьез собирается танцевать с ней вальс в этой темной каморке? Белл же сразу понял, что она решилась: глаза у нее заблестели, подбородок решительно взлетел вверх. Она встала, отодвинула стул и, протянув ему навстречу руки, предупредила:
– Мистер Бакстер, почту за честь, но если я отдавлю тебе ноги, прости заранее.
Белл засмеялся.
– Уверен, если столько времени ты наблюдала за танцующими, то поняла, что фигуры вальса выполняются на счет «раз-два-три».
– Да, – кивнула Марианна. – Но, боюсь, здесь маловато места.
– Ничего, приспособимся.
Белл обнял партнершу и, считая вслух, медленно, но уверенно повел ее в танце, умудрившись даже не биться головой о низкие потолочные балки.
Сначала Марианна чувствовала себя скованной: явно боялась наступить партнеру на ногу, – но уже через несколько минут уловила ритм, расслабилась и стала двигаться свободнее.
Белл не мог вспомнить, когда получал такое наслаждение от танца, как сейчас, в этой захламленной каморке. А ведь ему доводилось вальсировать с самыми элегантными дамами высшего общества. Но Марианна даже здесь держалась как истинная леди, и он не променял бы ее ни на одну из тех светских красавиц.
Ему так хотелось крепче прижать ее к себе, но она наблюдала за танцующими в бальном зале и сразу поняла бы, что это неправильно: они ведь по-прежнему делали вид, что только коллеги и ничего больше.
Поэтому он улыбался, уверенно выполняя танцевальные па, вел за собой партнершу и отчаянно старался отвлечься от ее восхитительного аромата и мягкости кожи.
Но вот музыка стихла, и Белл нехотя выпустил Марианну из объятий. Она чуть приподняла юбки, присела в глубоком реверансе и улыбнулась.
– Спасибо за чудесный вальс, мистер Бакстер.
– Это я должен вас благодарить за доставленное удовольствие, мисс Нотли, – с чопорным поклоном ответил Белл.
Марианна заправила за ухо выбившуюся из прически рыжую прядь и опять заняла свой наблюдательный пост. Белл, с сожалением отогнав мысль об еще одном танце или поцелуе, последовал ее примеру: придвинул стул и сел.
Несколько минут прошло в молчании, но вдруг Марианна резко подалась вперед и воскликнула:
– А это кто? В синем сюртуке, стоит возле пальмы в горшке?
Белл отыскал взглядом того, на кого указывала Марианна, и прищурился.
