– Белл улыбнулся так широко, что заныла челюсть.
– Поживем – увидим, – буркнула она, щурясь.
Белл вздохнул.
– Я изо всех сил пытался быть любезным. Очевидно, это понятие вам чуждо, – не удержался он от укола.
Ее очевидное недоверие начало его раздражать, но Беллингем умел не только легко поддаваться чарам, но и очаровывать сам. Даже когда кто-то точно знал, что он лжет, это ничего не меняло. Таковы правила игры. Только эта мисс явно ничего об этом не знала.
Марианна, все еще хмурясь, сменила гнев на милость:
– Просто его светлость не любят, когда посторонние шарят в его комнате в его отсутствие.
– Я не посторонний, во‐первых, и не шарил, во‐вторых, – спокойно возразил Белл.
Ну да, шарил, но признаваться в этом мисс Нотли не собирался.
– А мне показалось, что шарили, – буркнула Марианна.
Ее акцент становился сильнее, когда она сердилась. Интересно. Но пора прекращать этот цирк.
– Если лорд Копперпот не любит, чтобы слуги находились в его спальне в его отсутствие, что здесь делаете вы? – спросил Белл, скрестив руки на груди, и фальшиво улыбнулся.
Она расправила плечи и вздернула подбородок, явно оскорбленная."
"– Я – горничная леди Вильгельмины! А сюда меня послала леди Копперпот, чтобы положить на место ее шаль! – Мисс Нотли взмахнула шалью у него перед носом в знак доказательства своих слов и прошествовала мимо него к гардеробу.
Белл повернулся к ней и кивнул.
– Что ж, если хотите знать, я собирался взглянуть на одежду его светлости: вдруг что-то надо почистить или починить.
Вид оскорбленной невинности, который он постарался себе придать, сделал свое дело: недоверия стало меньше. Когда девушка обернулась и взглянула на него, в ее глазах уже не было прежнего скептицизма, и Белл воспользовался возможностью перевести дух. С этим созданием все придется начинать заново: рыжая бестия явно была настроена против него.
Можно еще раз попытаться очаровать ее, поскольку спорить с ней, очевидно, бесполезно: это никуда не приведет.
Как правило, очаровывать женщин он предоставлял Уорту, но иногда, под настроение, мог заняться этим и сам.
Он слегка наклонил голову, прикусил губу и улыбнулся.
– Пусть я и временный работник, но всегда стараюсь выполнять свои обязанности как можно лучше независимо от того, где нахожусь и по какой причине.
Марианна хмуро оглядела его с головы до ног, все еще не поверив в его искренность.
