— Да ну? А как насчет мужчин? Для мужчин у тебя найдется время, маленькая Хилари?
Она не удостоила его ответом — пошла на кухню готовить ужин. Забавно, за какие-то несколько лет Джек превратился в настоящего южанина. Говорит, растягивая слова, с акцентом уроженца Флориды. Ни за что не подумаешь, что он из Бостона.
Ей вспомнился первый, недолгий период жизни в Бостоне, когда рядом были сестры. Бостон навсегда останется для Хилари местом, где ее разлучили с единственными существами, которых она любила. С тех пор, как они переехали во Флориду, она ничего не знала об Артуре Паттерсоне — и не желала знать.
Она его ненавидела. Ей ни разу не пришло в голову, что он не звонит потому, что Джек с Эйлин не сообщили ему свой новый адрес. Исчезли без следа, словно сквозь землю провалились, и Артур не имел ни малейшего представления, где их искать. Вдобавок ему хватало своих забот. Примерно в то время, когда Джонсы двинули во Флориду, от него ушла Марджори.
— Что там на ужин? — На пороге кухни возник Джек с банкой пива и сигаретой.
В последнее время он посматривал на Хилари с видимым интересом, и это ее тревожило. Он будто раздевал ее глазами.
— Гамбургеры.
— Отлично.
При этом он откровенно разглядывал ее только что сформировавшиеся груди. У Хилари были красивые длинные ноги, тонкая талия и унаследованные от отца густые черные волосы, свободно ниспадающие вдоль спины. Чертовски привлекательная девушка — это все труднее становилось скрывать. К тому же Хилари выглядела на несколько лет старше своего возраста.
В ее глазах стыла застарелая обида.
Джек погладил ее по спине. В этот день он впервые околачивался поблизости все время, пока она готовила ужин. Это до такой степени действовало ей на нервы, что потом она не могла заставить себя поесть — отодвинула тарелку и сразу после мытья посуды поспешила убраться из кухни. Вскоре она услышала, как за Джеком захлопнулась дверь. Можно ложиться спать.
Джек вернулся около полуночи. С небес низвергался тропический ливень с громом и молнией. Джек был пьян и притащился домой с какой-то целью… дай Бог памяти… совсем вылетело из головы.
Матерясь, он протопал мимо двери в спальню Хилари и вдруг вспомнил."
"Немного постояв за дверью, он вошел — без стука, просто повернул ручку. От мокрых ботинок по полу растекались лужи. Джек тяжело дышал: сказались десятилетия запойного курения. Хилари спала и не слышала. Черные волосы упали ей на лицо; одна рука заброшена за голову; одеяло съехало; на ней была детского фасона ночная рубашка.
