Она молчит, когда мы заходим в ресторан и садимся за столик, но по ее лицу я понимаю, что внутри моя зануда вся кипит.
– Тетя велела мне приехать домой как можно быстрее, – наконец, не выдерживает она."
"– Расслабься, она не знает, что мы уже закончили. Пообедаем, заберем мою покупку и поедем. Вот, посмотри меню.
Наши взгляды встречаются и она не выдерживает. Опускает глаза и берет меню, листая страницы подрагивающими пальцами. Я же любуюсь тем, как синий платок обнажил часть ее волос, немного сползя вниз.
Одна прядь касается белой щеки с едва заметным румянцем, и я ловлю себя на мысли, что хочу прижаться к ней губами. Весьма невинное желание, учитывая, какие фантазии меня обычно посещают относительно Зарины.
Мы делаем заказ и я предпринимаю попытку разговорить ее.
– Пользуешься телефоном?
– Да, – отвечает односложно.
– Позвонила родным?
– Да.
– Как они?
– Хорошо, спасибо.
Вот ведь злючка упрямая!
– Сколько тебе лет, Зарина? – задаю личный вопрос и это заставляет ее поднять голову от столешницы.
– Двадцать два.
И уже вдова. Во сколько же она вышла замуж в первый раз?
– Ты училась где-нибудь?
– Нет.
Я уже теряю терпение. Такое ощущение, словно она на допросе.
Приносят наш заказ и я прекращаю попытки поговорить с ней, сосредоточившись на том, как она ест. Наблюдать за ней само по себе большое удовольствие. Зарина на удивление грациозна. Она сидит, выпрямив спину, и методично нарезает свою рыбу маленькими кусочками, аккуратно отправляя их в рот и вытирая губы салфеткой.
Эти чертовы губы…
* * *Я чувствую себя очень неловко, сидя перед дядей Васима в ресторане. Он весь день сводит меня с ума своими бесстыжими глазами, которые мне хочется выколоть вилкой, на которую я нанизываю кусочки рыбы.
Еще и задает бесконечные вопросы, словно не понимая, что я не в настроении с ним беседовать. Пусть я веду себя грубо, но и он не образец добродетели.
Как только мы заканчиваем есть, Максуд оплачивает счет и мы выходим из ресторана.
Он ведет меня прямо к мужскому магазину одежды и я очень не хочу туда заходить, потому что не вижу внутри ни одной женщины, кроме консультанта, зато там есть много покупателей-мужчин.
– Я подожду здесь, – твердо говорю Максуду, садясь на диванчик в холле, прежде чем он успеет возразить.
– Я быстро, – вздыхает он, прежде чем исчезнуть за дверьми магазина.
Достаю из сумки пудреницу и поправляю платок.
