Я понимаю смысл этой картины, улавливаю ее грусть. Полотно живое, возможно, потому и сразу нашло своего покупателя.
— Ты передал в ней свои эмоции.
Настроение становится лучше. Если покупка пройдет успешно, то часть денег хочу вложить в рекламу. У Паши талант, и мне хочется не столько заработка, сколько вернуть его к жизни. Хоть конечно, в нашей ситуации и деньги лишними не будут.
К вечеру свекровь оттаивает. Даже пытается быть милой.
— Валерия, я волнуюсь. Охрана для твоего же блага. Ты не пленница, но прошу, если куда-то едешь, бери собой парней.
Они позаботятся о тебе.
Ага, как будто у меня есть выбор, думаю про себя. Не озвучиваю своих мыслей. Очередной конфликт мне не нужен. Лучше не злить ее, а просто идти к своим целям.
— Где вы их нашли? — спрашиваю, вспоминая слова Николая Владимировича про сомнительную репутацию их начальника. — Они как-то не внушают доверия. На бандитов похожи."
"— Ой, Валерия, — машет рукой. — Ты фильмов пересмотрела что ли? Это парни одного моего очень хорошего друга.
Он дал лучших людей. И если надо, решит и другие вопросы, — глаза дико сверкают.
— Какие вопросы?
— Разные, — разворачивается и уходит.
Тревога только усиливается. Ощущаю себя частью какого-то гнилого плана, марионеткой.
Вечером, когда уложив дочь, собираюсь и сама ложиться, телефон извещает меня о пополнении карты на круглую сумму.
Следом за пополнением в мессенджер приходит сообщение от Ромы.
Глава 56
«Я не имел права оставлять тебя без средств. Не имел права пользоваться твоей добротой.
Недостаточно любил. Я недостоин тебя. Тогда я думал, что оставшись без денег, ты вернешься ко мне. Ты будешь в безопасности рядом со мной. Любимая, ты знаешь, я всегда желал для тебя только самого лучшего. Но когда все случилось, ты ушла, я был в панике, хотел любыми способами тебя вернуть. Сейчас я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Не зли мою мать, но уезжай, не оставайся рядом с ней. А я всегда помогу. Мне жаль, что я не стал мужем, которого ты достойна».
Несколько раз перечитываю сообщение.
Конечно, он насыпал добрую порцию соли на свежие раны. Чувства не могут пройти по щелчку пальцев. В памяти все еще живы моменты, когда я была рядом с ним действительно счастлива. Рома, умел сделать так, чтобы я чувствовала себя единственной женщиной во всем мире.
Только это все ложь… Была Алена, возможно, не только она.
Нет ему веры. Не может быть.
И про свою мать, он ничего нового мне не сказал. Я и сама склоняюсь к аналогичному выводу.
