Это значит — да?
— Да, — очень тихо шепчу, продолжая разглядывать кольцо, не имея в себе смелости, посмотреть на Миронова. — Конечно, да. Ты и правда очень изменился. Стал мягче…
— И ты изменилась. Когда только вернулась в страну, такая фурия была. Ух! Воинственная, грозовая. Помнишь, как ты мне по морде зарядила?
— Глеб! — вспыхиваю жаром и обхватываю себя за щёки.
— Был небольшой момент, когда я даже подумал, что к тебе не подступиться. Злился, вёл себя как полный кретин.
— Угу, было такое. Но я всё думаю о другом.
Всё же мне не даёт покоя Катя. Она ведь сейчас в таком уязвимом состоянии. Ждёт ребёнка и совсем одна…
Поднимаю взгляд и вижу, как лицо Глеба искажается. Он достаёт зажигалку и задумчиво крутит её между пальцев. Чувствую его личную боль, сожаление и внутренние муки.
— Я бы хотела, немного подождать, пока ситуация с Катей и малышом не стабилизируется. Глеб, ты ведь понимаешь, что ей нельзя сейчас нервничать. Я не хочу, чтобы ты… чтобы мы, добивали её своим счастьем. Не сейчас.
Поэтому давай пока не будем афишировать отношения.
— Ты предлагаешь нам, что? Прятаться по углам, как какие-то малолетки? — узнаю привычные колкие нотки в тоне и острый взгляд. — Ну и сколько мы там будем прятаться? До рождения ребёнка? А потом до садика, до школы или до тех пор, пока ему не исполнится восемнадцать лет?
— Не пыли! Дай Кате прийти в себя. Она так тебя любила, строила планы о будущем, а потом происходит внезапное для неё расставание, позже ещё и о беременности узнаёт. Это для вас, мужчин всё просто, сунул-высунул, бежать.
А для женщины, это целая жизнь, где каждый шаг, каждое действие — это кирпичик на её дороге, и так много зависит от того, будет стоять этот кирпичик ровно или торчать углом вверх. Понимаешь?
— Ты точно ангел. Катя бы тебя ни за что не пожалела, будь она на твоём месте.
— Пусть так. Я просто прошу тебя, дай ей время, дай мне время и себе.
— За ручки-то хоть можно будет с тобой держаться? А в щёчку целовать?
— Миронов, я тебя сейчас снова ударю, — перехожу на шипение подобно кобре.
— Хорошо, я не буду кричать на каждом углу о нас, но и специально прятаться не собираюсь. И сегодня мы едем ко мне.
Рассказать ему о том, что Катя знает о нас, не смогла. Хотя я в этом уверена практически на девяносто девять и девять десятых процента. Последние три дня, пока то спала, то бесконечно гоняла мысли, отчётливо поняла это. Слишком много было моментов, по которым можно сложить все детали в общую картинку.
