— А ты сама-то чего хочешь? Отомстить? Прогнать? Забыть?
— Я не знаю, мам, — грустно вздохнула я и приложила руку к груди, — у меня вот тут больно. Не вдохнуть. И что делать с этой болью, я не знаю. Отомстить? Клин клином выбить? Не получается. Пробовала. Не хочется мне другого мужика. Просто отвращение какое-то. Не так смотрит, не так дышит. Пахнет не так, говорит не так. Все не так! Хотя не уродов рассматривала, не бомжей и не тупых бабуинов. Все равно не то.
— Оно так и бывает, когда без чувств.
— Я бы с радостью отключила все эти чувства.
Глядишь бы, и жить стало проще.
— Хочешь прогнать?
— Не знаю.
— Забыть?
— А разве это возможно?
— Ты его еще любишь?
— Люблю. И никак не пойму, на фиг мне эта любовь сдалась.
— Бывают пары, которые со временем остывают друг к другу и становятся чужими. А бывают как вы, которые срослись намертво. Вместе и до конца.
— Может, это он и есть? — задумчиво спросила я. — Наш конец?
— Сама-то веришь в это?"
"— Считаешь, я должна простить его? Быть мудрее, проглотить обиду и сделать вид, что ничего не было?
— Я разве враг своей дочери? — с укором спросила мама.
— А разве ты не это имела в виду? Не пресловутую женскую «мудрость»? Ту самую, которая про все понять, простить и не звездеть лишний раз?
— Нет, милая, — улыбнулась она, ставя передо мной кружку с ароматным напитком, — я про другое.
— Про что? — я прикрыла глаза и блаженно вдохнула. Запах из детства. Дома сколько ни делала — и близко не получалось такого, а у мамы всегда по-особенному.
Всегда вкусно.
— Я тебе так скажу, — произнесла она, усаживаясь напротив, — мудрость не в том, чтобы слушать всех вокруг и поступать так, как им кажется правильным. Нет. Ты должна делать то, что по душе именно тебе. Не подругам, не каким-то левым людям, не мне. А именно тебе. Хочешь мстить — мсти. Только чтобы было не через силу, а в удовольствие. Хочешь прогнать? Бери метлу и гони, не жалей. Хочешь остаться с ним — оставайся, безо всяких оглядок на то, кто и что скажет. Жизнь твоя и счастье твое.
Если тебе для него нужен Прохоров, значит оставляй. Нужен кто-то другой — выбирай.
— По-твоему, это так просто? Взять и оставить?
— Нет, конечно. Сложно. Еще как. Но помнишь, я тебе всегда говорила про право одной ошибки? Прохоров свое использовал и прекрасно понимает это. Если искренне раскаивается, если действительно осознал ошибку и хочет сохранить семью, то будет над тобой трястись и на руках носить. И ты никогда не пожалеешь, что дала ему второй шанс.
