Ты ездил на нём в автосервис. Я сказала, что ты неудачник. Но это не правда! Я всегда восхищалась тобой. И тем, как ребята тебя уважают. Я понимала, какую обиду тебе нанесла. Ну, а ты… Ты ведь так и не понял?
Глава 28. Витя
В следующий раз я разжился билетом. Раздобыл его сам! И смотрел на тебя из галёрки. В момент, когда Тоха тебя целовал, я зажмурился. Не хотелось увидеть опять. Букет в этот раз не дарил.
«Подарю его после», - так думал. Мой всё равно затеряется.
- Анна Ловыгина! – озвучил закадровый голос.
Ты вышла на сцену. Какой-то мужик, поднявшийся с первого ряда, вручил тебе «сноп». Те же самые розы. Я беспомощно сжал кулаки. И не выдержал! В тот же вечер спросил, провожая тебя со спектакля:
- Чего цветы не взяла?
Ты улыбнулась мечтательной томной улыбкой. Как будто была не со мной:
- Зачем? У меня дома букет от любимого будет.
- Будет! - кивнул, - Не такой выдающийся, но…
- Перестань, - ты сплела наши пальцы.
- А кто это был? – уточнил я.
- Ты о ком? – сделала вид, что не знаешь.
- Я о розодарителе, - выдавил я, стараясь звучать как можно спокойнее.
Ты рассмеялась:
- Да ну! Это так. Сумасшедший какой-то.
У меня зародились сомнения:
- Он что, приставал? - тут же вспомнились сцены из фильмов. Что, если это маньяк? И тебе угрожает опасность.
- Пусть только попробует! Его Сперанский больше не пустит в зрительный зал, - ответила так, будто знала об этом.
Время шло, ты как будто привыкла к такому раскладу. Театр тебя поглотил! Он оставил мне часть. Слишком малую часть, чтобы я мог смириться с потерей.
Разговоры твои были только о театре! О Сперанском, о Тохе, о прочих парнях. Я устал постоянно их слышать. Как будто они были рядом. А я…
Нет, ты обсуждала и девушек тоже. В трёх сёстрах играла с двумя. Делилась приколами из-за кулис, а ребята внимали. Только я ненавидел твой театр! И хранил эту боль до поры. Пока однажды не выплеснул всю, без остатка…
- Неудачник! Ты сам на подхвате у папы всю жизнь, - сказала ты после нападок.
Я упрекал тебя в чём-то, не помню.
Я злился на то, что опять, за столом, ты обсуждала его. С Вероникой, которая явно тобой восторгалась.
Мне было больно услышать такое. Сам не знал, что получится так. «Неудачник», - ведь это же я. Ты права, безусловно! Я тот, кому нечем гордиться. Я для тебя – низший сорт.
- Лучше уж так, чем п*здой добывать себе роль, - ляпнул я от обиды.
Слова, покидая меня, обретали какую-то жёсткость. Я был выпивши, сильно! Курил непрерывно одну за другой.
