Но зачем им понадобилась я?
Я сделала аккуратный книксен, как того требовали правила этикета, и направилась к небольшому диванчику у стены. Присев, сложила руки на коленях, стараясь выглядеть максимально спокойной. Себастьян устроился напротив меня, в массивном кресле, и окинул меня быстрым взглядом."
"Один из молодых людей — шатен с яркими голубыми глазами, одетый в строгое, но модное одеяние, улыбнулся мне. Его улыбка была удивительно открытой, почти обезоруживающей, что меня насторожило. Он чуть склонил голову в учтивом поклоне.
— Приятно познакомиться, леди де Орно, — заговорил он ровным, мелодичным голосом. — Вы выглядите восхитительно. Позвольте представиться: Амадей Деруа, герцог, племянник Его Величества…
Ого, какие люди!
Я ответила вежливой улыбкой, хотя внутри всё заледенело от напряжения. Восхищение внешностью и приятные слова казались мне пустым ритуалом. Зачем он это говорит? Молодой человек ждал моего ответа, но я молчала, позволяя разговору продолжиться.
— Это мой товарищ, барон Луи Верьер, — представил он второго молодого человека, так и не дождавшись от меня ничего.
Тот чуть кивнул, не улыбаясь, и его взгляд показался куда более холодным. Себастьян молчал.
Я всё ещё не могла понять, зачем понадобилось моё присутствие, но Амадей снова обратился ко мне:
— Мы много слышали о вас, леди. Наслышаны о вашем уме и начитанности.
На этот раз я не смогла сдержать неудовольствия, промелькнувшего на лице. Пустая лесть. Но на нее пришлось нескромно кивнуть.
На всякий случай…
И вдруг Амадей подался чуть вперёд, его улыбка исчезла, а взгляд стал серьёзным.
— Ходят слухи, что у вас превосходные лекарские навыки. Это правда?
Я оторопела. Откуда он мог об этом узнать?
Глава 26
Чужая беда, как знак судьбы
Я замерла, сердце отчаянно забилось. Откуда он мог знать о моих навыках? В горле пересохло, и слова не сразу смогли слететь с моих губ.
— Возможно, вы что-то не так поняли…— пробормотала я, уходя от прямого ответа.
Амадей нахмурился.
Его голубые глаза буквально впились в меня, будто пытались раскусить, лгу я или нет. Лицо потемнело, Стало ужасно тоскливым.
— Если вы действительно понимаете в медицине… — начал Амадей, но, заметив моё замешательство, замолчал. Он переглянулся со своим спутником, затем продолжил, уже более уверенно: — Я хотел бы попросить вас взглянуть на мою младшую сестру. Она очень больна…
Его голос стал тихим, почти умоляющим, а в глазах мелькнула жгучая боль.
