Он взял шнуровку спереди и начал затягивать её, подтягивая ткань к телу. Я не могла сдержать шока.
— Так часто развязываешь, что научился и завязывать? — бросила я, не удержавшись. Это было безумно и дерзко, но, похоже, избивать меня сейчас мужу было не с руки.
Он коротко хмыкнул, не отвечая, а его пальцы продолжили уверенно двигаться. Закончив, он слегка отступил, критически осмотрев результат своей работы. Теперь платье сидело более-менее прилично, хотя именно отсутствие у меня особенно выдающейся груди и спасло положение.
— Нормально, — буркнул он, но не отошёл. Вместо этого сделал шаг вперёд и неожиданно сорвал ленту с моих волос. Я вскрикнула, но успела только прикрыть голову руками, как локоны золотым каскадом рассыпались по моим плечам.
— Так лучше, — коротко заметил он, удовлетворённо кивая. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Его взгляд был оценивающим и слишком долгим. Я начала закипать. Неужели… он начинает видеть во мне женщину??? Только этого не хватало!
— Теперь быстро за мной, — бросил Себастьян, схватив меня за руку.
Его хватка была железной, и я едва успевала за его стремительными шагами. Мы выскочили в коридор, а я всё ещё пыталась прийти в себя после случившегося.
На лестнице я резко выдернула руку, вырываясь из его хватки.
— Дойду сама, — бросила раздражённо, стараясь не смотреть мужу в глаза.
— Как знаешь, — ответил он, и его голос прозвучал неожиданно спокойно.
Я начала спускаться, крепко держась за перила. Ноги подгибались, но я заставляла себя идти ровно, стараясь не показать слабости.
Себастьян шел позади, но его тяжёлое дыхание всё ещё эхом отдавало в моих ушах.
* * *Я вошла в малую гостиную, ожидая увидеть тех же самых гостей, что были у Себастьяна раньше, когда наша беседа о политике неожиданно вышла из-под его контроля. Но мои ожидания не оправдались. Вместо знакомых лиц в креслах обнаружились двое молодых людей. Их взгляды пронзили меня, едва я ступила через порог. От их пристального внимания стало не по себе.
Мелькнула мысль, что это очередные мерзкие друзья Себастьяна, которые собирались насмехаться надо мной. Но поведение мужа выбивалось из привычной картины. Он выглядел напряжённым, старательно пытаясь изобразить видимость благополучия в отношениях со мной. На его лице играла дежурная улыбка, слишком натянутая, чтобы быть искренней. Всё указывало на то, что эти люди, вероятно, были не его приятелями, а кем-то более важным. Может, даже противниками.
