— Что сделал⁈ — Я едва не выхватила у него письмо.
Он перевёл на меня взгляд, полный изумления.
— Ваш муж действительно нашёл способ унизить вас.
Я нетерпеливо воскликнула:
— Ну же! Не тяните!!! Что там написано⁈
Амадей глубоко выдохнул и произнёс:
— Себастьян нанял куртизанку и поселил в своём загородном доме. К нему ежедневно стекаются мужчины из аристократии, и он, похоже, выдаёт эту женщину за вас.
У меня пересохло в горле.
— Ч-что?..
— Они уверены, что спят с вами, Делия! — Он хлопнул ладонью по бумаге.
— Единственное, чего я не понимаю, это как он сделал так, что все считают вас ею…
Я похолодела. Кажется, я знаю… Закрыла глаза. Всё сходится.
«Не только я умею наводить иллюзии, — подумала обреченно. — Эта куртизанка тоже на что-то такое способна…»
Внутри всё сжалось от отвращения.
Себастьян — воистину злой гений…
Я даже не представляла, как после подобного можно отмыть своё имя…
Глава 47
Его второе имя — падший
День начался как обычно. Или мне так казалось.
Я шла по улице, направляясь на рынок за новыми тканями для салона.
Уверенная походка, высокая осанка — я не собиралась позволить Себастьяну выбить меня из колеи. Однако злая судьба, казалось, уже всё решила за меня.
— Ах ты мерзавка! — раздался резкий голос, и я едва успела остановиться, прежде чем в меня полетел чужой веер. Я ловко увернулась, и он упал на мостовую, сломавшись в двух местах. Передо мной стояла полная пожилая аристократка в наряде с многочисленными рюшами. Судя по старомодной шляпке на седой голове, она явно относилась к самым консервативным кругам светского общества.
Её лицо пылало яростью, губы дрожали, а глаза метали молнии.
— Как ты смеешь появляться среди приличного общества⁈ — завопила она так громко, что даже уличные торговцы замерли, перестав зазывать покупателей.
Я растерянно моргнула, но тут же взяла себя в руки.
— Простите, леди, — холодно ответила я. — О чём вы говорите?
— Ты осквернила своё имя! — продолжала кричать женщина. — Я лично слышала, что ты устроила бордель, где принимаешь господ за золотые монеты! Тьфу!
Я почувствовала, как изнутри поднимается волна ярости.
— Это ложь! — отчеканила я, выдерживая её взгляд. — Кто бы ни распространял подобные слухи, он делает это намеренно, чтобы меня опорочить.
— Ах, конечно! — женщина презрительно усмехнулась. — Все эти мужчины, которые побывали у тебя, наверное, тоже лгут, да?
Я сжала кулаки, но не позволила гневу прорваться наружу.
— Как удобно осуждать, не зная правды, — процедила я.
