Когда Гриша объявляет, что с макияжем и укладкой закончил, я с радостью вскакиваю с насиженного места.
Девочки, которые помогают одеваться, уже ждут меня с нарядом в руках. Прошу у них две минуты, чтобы сбегать в туалет.
— Очень давит мочевой, — театрально прикладываю руку к низу живота, пританцовывая босыми ногами по полу.
— Тридцать секунд, — командует координатор показа.
Несусь между других гримерных столов в сторону коридора. Никто не реагирует на мою сверкающую голову в сочетании с обычной майкой и спортивными штанами.
Все, кто работает на модных показах, давно привыкшие к такого рода зрелищам.
Улыбаюсь всем девочкам, которых вижу тут. Снаружи я сама вежливость и доброта, но мысленно я та еще мегера. Некоторым «коллегам» желаю сегодня на подиуме как минимум подвернуть ногу.
Я до сих пор не забыла, как блондинка Мина подсыпала стекло в мои туфли, а брюнетка Жанна подрезала мой корсет таким образом, чтобы во время ходьбы он сполз вниз и оголил перед всеми зрителями мою грудь.
Модельный бизнес жесток.
Девушки несмотря на свою хрупкость и зачастую ангельский взгляд в душе те еще хищники. Каждая готова выгрызть зубами место под солнцем. И я не исключение.
В глаза мы — подруги, за спиной — гремучие змеи. Дружить здесь можно только пока вы с подружкой находитесь на одном уровне. Как только тебе выпадает шанс подняться выше, тут же становишься её врагом номер один.
Острые языки некогда подруг быстро разносят все твои тайны по желтым газеткам, плюют в спину, как только ты оказываешься хоть капельку лучше, чем остальные.
Сворачиваю вправо. Заветная дверь туалета в пяти метрах. Но увидев возле нее Назара и Аннет, я тут же возвращаюсь за угол.
Осторожно выглядываю из своего укрытия. Вслушиваюсь в их разговор. Не в моих правилах прятаться. Обычно я несусь на всех парах несусь в гущу событий, но сейчас…
Растерянность в глазах Назара, которую я ранее никогда не видела, меня останавливает. Он стоит напротив Аннет и держит в руке чью-то фотографию.
— Нашему сыну, Горский, год и четыре.
Зовут Мирослав. Нам нужны деньги. Много денег.
С трудом удается сдержать смех. Эта женщина сумасшедшая. Прийти к Горскому и просить милостыню. Господи, это умора. Что ж там за мужик у Баженовой такой непутевый, что женщине приходится идти на поклон к бывшему боссу?
И не стыдно ей? Давит на жалость через маленького ребенка.
Выпрямляю спину и выхожу из укрытия.
— Вот так встреча! Кого, кого, а тебя, Аннет, тут увидеть я точно не хотела.
— Здравствуй, Каролина.
