Передние лапы оканчивались узкими ладонями с пятью острыми когтями-пальцами — именно с их помощью, костяные пауки так ловко взрезали и разделывали человеческую плоть. Нежить.
— Мерзкие твари, господин — мрачно сказал здоровяк, глядя на распластавшиеся на земле, останки пауков — мерзкие и хитрые. Это не тупые зомби. Нет. В отличие от зомби, пауки могут думать. Выжидать удобного момента.
— Ну, а кости то… — запнулся я, вспомнив, во что превратились тела несчастных часовых, — Кости то, зачем вытаскивают из тел?
— Плодятся они так, господин.
Мы когда еще в отряде были, то нас частенько для охраны границы нанимали. Хорошие деньги давали. Вот тогда то, я и навидался этих тварей. И тела часто находили. Старый барон это так объяснял — а ему в свою очередь маги рассказали — пауки болью и ужасом жертв питаются, а из костей извлеченных, подобных себе делают. Поймают человека, обездвижат магией и начиная с ног и рук плоть взрезают и не спеша так, разделывают значит. Вживую. Жертва то, все видит и чувствует.
Представь, лежишь и смотришь, как у тебя на глазах, с твоей же руки, потихонечку мясо сдирают, а потом…
— Ох… Хватит, Рикар! — я сглотнул и подняв руку прервал здоровяка — Рикар… сожгите эту мерзость. Чтобы и следа не осталось. И займитесь погибшими. А я… я пожалуй пойду посижу.
Повернувшись, я тяжело пошагал в сторону, мне было нехорошо.
— Господин, — как-то неуверенно окликнул меня здоровяк — тут такое дело… в общем… если бы не вы… мы бы все тут остались. Благодарим, вас господин. Уберегли.
"
"— Брось — я зло махнул рукой — Благодарите собаку — не разбуди она меня… И не всех я уберечь смог. Готовьте погребальный костер.
— Слушаюсь, господин. И еще — вы пауков первый раз видите, а я уж на всю жизнь навидался.
— И?
— У этих, кости больно свежие, на некоторых еще клочки мяса остались. Думаю, что нам ""новорожденные"" попались. Им не больше недели. Не зря ли мы к тому поселению идем, господин? Думаю, нет там больше живых. Да и мертвых наверно не осталось.
— Вот и посмотрим — чуть помедлив сказал я, и повторил — Вот и посмотрим.
Полдень. С усилием поднявшись с расстеленного плаща, я направился к суетящемуся послушнику. На удивление быстро оправившийся от потрясения Стефий, уже закончил подготовку к погребальному обряду.
Тела, плотно закутанные в плащевую ткань, возложили на высокий помост из хвороста и толстых сучьев, осталось лишь поднести огонь. Все собрались и ждали только меня.
Начнем. Рикар поджег факел и протянул мне.
