И выглядел бы я сейчас, как те два часовых — две бесформенные кучи разорванного на куски мяса без единой кости внутри — и когда я говорю ""без единой кости"", то именно это я и имею в виду — кости лежали аккуратными кучками неподалеку. Страшное зрелище.
Беднягу Стефия, до сих пор выворачивало наизнанку. Да и я, с трудом удержал содержимое желудка внутри. Теперь я знал, что значили те чавкающие звуки — это пауки извлекали кости из тел несчастных часовых и похоже, что во время этой операции, они были еще живы. Твари.
Как бы я хотел добраться до того, кто создал эти порождения тьмы и выпустил на охоту. Как бы я хотел сомкнуть свои пальцы на его горле.
Эта ночь состарила меня самое малое лет на десять. Особенно, когда я увидел, что осталось от часовых. Первым делом, попытался разбудить остальных. Что я только не делал — бил по щекам, обливал водой, кричал в ухо, колол острием ножа. Ничего не помогло. Продолжали спать, как ни в чем не бывало. Пришлось бросить эту затею. Плюнув на все предосторожности — я уже смог убедиться в их полной бессмысленности, натаскал кучу хвороста и разжег огромный костер.
Так и просидел до самого утра, бессмысленно смотря в бушующее пламя, изредка подбрасывая в огонь ветки и ни о чем не думая.
Наложенные на отряд чары сна, начали спадать лишь с наступлением утра — один за другим, охотники начинали шевелиться и просыпаться одни за другим. Почувствовав запах дыма, недоуменно смотрели на меня, на пылающий костер, на лежащего у мои ноги израненного пса, на воткнутый в землю меч… Вместо объяснений, я молча тыкал пальцем в сторону, где произошла ночная схватка.
Этого хватало. Печальное пробуждение. Всех без исключения мучили головные боли и тошнота, хотелось лечь и не шевелиться — последствия долгого воздействия магией. Легко отделались. Быстрее всех в случившемся разобрались Литас и Рикар, они же растормошили остальных, заставив их подняться и двигаться.
Рикару хватило одного взгляда, чтобы узнать тварей. Костяные пауки. Или как их иногда называют — скелетные пауки.
Творение шурдских шаманов. Бич пограничных городов.
В свете дня, я внимательно рассмотрел останки пауков и с трудом сдержал рвотные позывы. В чей безумный рассудок, могла закрасться подобная идея? Обычные пауки имели лишь отдаленное сходство с этой гадостью. Предельно простое и практичное строение — шесть, слепленных из человеческих костей лап, непонятным образом крепились к основанию человеческого черепа, одновременно выполняющего роль туловища и головы.
