"
"За время моей болезни, дождь успел закончиться и проглядывающее сквозь тучи осеннее солнце немного подсушило почву.
Тревожная весть уже долетела до всех и пространство перед пещерой было заполненно людьми. Встревоженные женщины заламывали руки и не скрывали слез, тогда как мужчины угрюмо проверяли оружие и одевали доспехи. Маленькие дети не осознавали опасности и лишь растерянно таращились по сторонам, уцепившись за юбки матерей, те что постарше, сновали вокруг, собирая камни в подол рубах. Над толпой висел женский плач и причитания.
Та еще картина. Оглянувшись по сторонам и оценив происходящее, я сморщился и начал выплевывать приказы на ходу:
— Тезка! Что это за толпа? Убирай всех женщин и детей внутрь! Немедленно! Раздай женщинам оставшееся оружие, но из пещеры ни на шаг! Рикар, собирай воинов и всех на стену! Убедись, что наружные лестницы убраны и надежно закреплены. Живее! Отец Флатис, вам тоже лучше уйти в пещеру.
— С ними остался Стефий — пропыхтел священник, шустро семеня за мной — От меня будет больше толку на стене, сын мой.
Спорить со стариком времени не было и сплюнув, я начал подниматься по лестнице ведущей на стену. Снизу доносились яростные крики здоровяка, подгоняющего отстающих.
Добравшись до вершины стены, я с замиранием сердца посмотрел в ущелье, ожидая увидеть сотни шурдов, готовящихся к штурму, но с удивлением, не обнаружил ничего. Подступы к форту были абсолютно безжизненны, лишь ветер лениво гонял пыль и палые листья.
Подбежавший часовой ткнул пальцем вниз и пояснил:
— У самой стены, господин.
Не таясь, подошли к стене и вот… ждут чего-то.
Взглянув вниз, я пораженно застыл. У подножья стены сидела более чем странная парочка — до невозможности тощий шурд устало сидел на склоне пригорка и подняв плешивую голову, бесстрашно таращился вверх, а рядом с ним примостился скособоченный паук, заботливо поддерживая хозяина, передними лапами. С высоты стены я не заметил у шурда оружия, за исключением ножа торчащего из-за пояса, паук тоже не проявлял враждебности, хотя я ощутил смутный холодок в спине, когда его тускло мерцающие глазницы на мгновение остановились на моем лице.
— Посмотрите на поднятую лапу твари — буркнул подоспевший Рикар, как всегда заметивший самое главное.
Все скрестили взоры на пауке и над стеной пронесся пораженный гул голосов. На высоко поднятой лапе паука, болталась грязная белая тряпка. Знак перемирия. Впервые за всю историю Диких Земель, шурды изъявили желание поговорить.
