Церковь не сомневаясь положит и сотни тысяч жизней на алтарь, но своего добьется. А вы говорите о каком-то десятке жалких отрядов поселенцев? Не смешите меня, отец Флатис.
— Ты говоришь очень опасные слова, сын мой. Слова вольнодумца. Если не сказать похуже — без угрозы произнес священник, вновь опускаясь на скамью.
— Я говорю правду. И вы это знаете не хуже меня. И хуже мне от этих слов точно не станет — дерзко парировал я.
— Оставим это Церкви, сын мой — остановил меня священник — Я не желаю обсуждать дела церкви.
Но ты недалек от истины. Есть еще одна причина, по которой церковь против этих попыток. На ужасном опыте, мы успели убедиться, как нахождение людей в Диких Землях может привести к чудовищным последствиям.
— Последствия?
— Да. Похоже, сегодня я примерил на себя лоскутный плащ трактирного рассказчика. Ладно. Слушай. Двадцать лет назад, в Дикие Земли ушел очередной отряд поселенцев. В то время, церковь еще не теряла надежды принести свет истинной веры на эти оставленные Создателем земли. В составе того злополучного отряда было триста человек, большая часть которых была ветеранами имперской армии и умели держать оружие в руках.
С ним был отправлен священник Гризерис с двумя послушниками, дабы укрепить дух поселенцев и оградить от зла и скверны Диких Земель. За две недели пути, отряд благополучно дошел до указанного места, откуда и был послан ""Вестник"", сообщающий, что все в порядке. Чуть позже, последовал еще один ""Вестник"", уже от отца Гризериса, в котором радостно сообщалось, что постройка церкви почти завершена и вскоре они уже начнут проводить службы.
Поистине радостное известие…
— Ну? И что дальше? — заинтересованно поторопил я умолкшего священника."
"— Ничего — тихо ответил священник и осенил себя знаком Создателя — больше вестей не было. Поселение умолкло навсегда. Кто знает, что именно случилось, но думаю можно смело утверждать, что все они мертвы. Упокой Создатель их души. Но речь не о них. Спустя три года, в окрестностях приграничной деревушки Лесное Подворье — сто дворов, не больше — начали исчезать люди.
Один за другим. И ладно бы одинокий путник или так караван торговцев захудалый — можно списать и на разбойников на худой конец. Но ведь и имперские патрули пропадать начали — а к солдатам с ржавыми топорами и вилами не подступишься, враз на корм воронью пустят. Империя огромна и как это часто бывает никто не придал этим случаям особого значения. Спохватились, лишь когда из окрестных мест народ бегством спасаться начал.
