Пожрать и позже можно, чувство голова я несколько приглушил. А вот опросить оставшегося в живых бандюгана, пока тот не откинул коньки, надо!
Его к тому времени отволокли в подсобку, где и оставили лежать.
Прихватив у хозяина масляный светильник, топаю туда.
Злодей лежит неподвижно – любое движение причиняет ему сильную боль. Горячая похлёбка ошпарила ему не только морду, но и почти все плечи. Да и пламя очага ещё добавило… Так что самочувствие у него… в общем – фигово мужику. Да и верёвки, которыми его заботливо перетянул Ларс, тоже никакой радости не доставляют.
– Ну? – присаживаюсь на небольшой бочонок, ставя светильник на полку. – Чем ты можешь меня порадовать?
– Тебе не жить… – через силу выдавливает из себя разбойник. – За Одноглазого будут мстить… ещё никто долго не прожил…
– И ты хочешь сказать, что его убивали уже несколько раз? – ехидно интересуюсь я. – И все его убийцы прямо-таки и померли в одночасье?
Он закашлялся, пытаясь скрыть замешательство. Но лучше бы он этого и не делал – боль тотчас же напомнила ему, что любые движения в его ситуации – вещь неразумная.
Лучше лежать неподвижно!
– Ух-х-х! – втягивает он воздух через сжатые зубы.
– Короче! У меня там еда стынет – и тратить на тебя время мне неохота. Будешь молчать, уйду. Перекусим, выспимся… А утром брошу тебя в повозку и отвезу к стражникам. Помрешь по дороге – твоя печаль. Ну, а уж как о н и тебя примут… мне и вовсе наплевать. А вот награду за твоего главаря – я точно получу! Впрочем…
Бесцеремонно поворачиваю ошпаренную морду к свету.
– Может, и за тебя что-нибудь дадут, а? Правда, узнать тебя сейчас трудно… но маги, думаю, сумеют…
А вот эта перспектива его, похоже, совсем не радует! Он делает слабую попытку отползти в сторону, но тотчас же стонет от боли.
– Ага! Стало быть, возможность опознания магами вполне реальна, да? Есть, кого опознавать? Ну, родной, помереть, в таком разе, не получится! Надеюсь, гильдия магов не будет слишком уж прижимистой! Это я хорошо зашёл…
Хлопаю его по плечу, вызвав ещё один вскрик боли.
Встаю, забираю светильник, оставив разбойника в темноте. Сейчас его лучше не трогать – пусть поразмыслит о невесёлых перспективах близкого общения с магами. Глядишь – и поумнеет к утру.
А в зале уже спешно ликвидируют следы недавнего побоища. И хозяина вполне можно понять.
Я приехал – и уеду, а ему тут жить! Иметь же разборки с последователями покойного атамана ему явно неохота. Вот он и старается.
