Дёрнуть на себя, накрыть губы требовательными поцелуями. Впиваясь, так, чтобы Волк прекратил скрести под рёбрами. Впитать её стоны, насладиться вкусом. Диана стонет тихо, на выдохе.
Подхватываю под задницу, поднимая в воздух. Девушка взвизгивает, едва смеясь, и обвивает ногами бёдра. Хочется вжать так, чтобы никуда не делась. Максимально близко. Можно было бы под кожу запихнуть — сделал бы.
— Сорвался всё-таки, — Влад выглядит так, словно не сомневался в моих действиях. — Не сломай зеленоглазку.
— Не хрустальная, — малышка оборачивается на остальных.
Язвит, но дыхание сбито. Ещё ничего с ней не делали, а уже завелась. — Я… Мы спать собирались.
— А ты хочешь? Спать?
Бурчит невнятное что-то, уткнувшись в шею. Ту сторону, что осталась целой после схватки с Ником. Так, легкая потасовка. Альфа, в чьей стае я рос, называл такое «щенки играются». Не смертельно, без реальных попыток вырвать глотку. Хотя в какой-то момент очень хотелось.
Но были бы проблемы. И ладно там с Судом, разобрался бы. А вот Диана бы расстроилась.
Иногда бушующий шторм, серьёзная и злющая. А иногда такая малышка, прижимается и сопит тихо.
— Громче, Ди. Спать или просто в постельку?
— В постельку.
Глаза закатывает на мой смешок, намеренно сильно сжимая пальцы на плечах. Щипается, чудная.
— Диан, Альфу нельзя…
— Бить, знаю. А я не била. Хотя придушить очень хочется.
— В порыве страсти можешь попытаться, — Захар вперёд уходит, перед этим шлёпнув девушку по заднице. — Я даже поддамся.
— Откусить бы тебе эту руку!
— Лучше к другой моей части тела губы направь.
Диана краснеет, так очаровательно, что не могу удержатся. Провожу губами по полоске румянца, цепляя едва языком. Чувствую жар нежной кожи, слабую дрожь.
Взлетаю по лестнице, а то кто знает, что в её голове творится. Сейчас может спрыгнуть и сбежать куда подальше. А может в сомнениях вариться. Мне ни того, ни другого не нужно.
— В постель нельзя одетой, — усаживаюсь на край кровати, пока Диана устраивается на моих бёдрах. — Надо всё снимать.
— Прям всё? — улыбается лукаво, в игру включаясь.
Пленяет своей смелостью. — А вы одеты.
— Это ненадолго, Ди, — обещает Влад. Глаза, против воли, жжёт алым, когда он касается девушки. — Фонари потуши.
— Обойдёшься.
Это странно: сжимать в руках хрупкое тельце, когда я решил, что между нами больше ничего не будет. Понимал ещё в момент, когда почувствовал Истинную. Вместо того, чтобы радоваться паре, думал только о том, что теряю Ди.
Предлагал ей сбежать, уехать вместе.
