- Лана!
Она слепо поворачивает голову на мой голос и начинает рыдать навзрыд.
Падаю на колени рядом с ней.
- Надо впустить Скорую, - заикается от слез Мелания. - Для Софьи Алексеевны. Она без сознания!
- Она в больнице...
- Это неправда. Неправда, она здесь! Они не вызывают Скорую, пока я не подпишу. А если подпишу, тем более не вызовут! Они хотят избавиться от нее. Она умрет, тогда вызовут!
- Ты что такое говоришь? - в шоке перевариваю я.
- Да!! Да... Поверь мне, пожалуйста! - плачет она. - Они отобрали мои очки.
И мой телефон. Я ничего не могу сделать.
Горестно вздыхает.
Ловлю ее лицо в ладони, разворачивая к свету.
На ее лице отек и синяк, даже в сумерках видно, что заплыл глаз...
- Кто это сделал? - веду пальцем по ее лицу.
Вспоминаю разодранное лицо дядьки. С яростью засаживаю кулак в стену.
- Максим!! - встряхивает меня. - Я вызвала Скорую... С телефона Яна. Заряда хватило только назвать адрес. Я боюсь, что они не приедут. А приедут - им скажут, что вызов ложный.
Зарядить не получается, розетки не работают.
Ааа... Свет отрубили, чтобы выключить камеры и ИИ, который может сам среагировать на опасные ситуации, оповестив службу охраны, - доходит до меня. - В системе они не разбираются, поэтому отрубили всё сразу. И дом поэтому пустой?
- Надо звонить Одинцову! - трясет меня Мелания. - Софья Алексеевна сказала, если что - надо звонить Одинцову. У тебя есть телефон позвонить Одинцову?
Прижимаюсь губами к ее соленому лицу.
- Сейчас у меня все будет.
Поднимаю, пересаживая на кровать.
Бегом спускаюсь с лестницы.
Внизу возле лестницы меня ждёт стая шакалов.
- Ну что?! Подписала? Подписала?!
Не тормозя, с правой впечатываю кулак в зубы дядьке. И добиваю. Академические - хук и джеб. Нокаут.
Юлия с матерью, взвизгнув, разлетаются в разные стороны.
- Что ты делаешь?!
Всегда мечтал зажечь и позвездить на ринге. Но Софья Алексеевна бы никогда не позволила.
Может и к лучшему, - смотрю на лежащего на полу Анатолия. После таких ударов можно и дурачком очнуться.
А я не хочу дурачком.
Эпоха дурачества закончилась. Все серьезнее некуда.
- Вы - шакалихи! Ждали пока львица ослабнет, да?!
- Максим... Максим! - шокированно и наперебой бормочат они, успокаивающе поднимая ладони.
От ярости клокочет в горле."
"- Разве ты сам не желал ей смерти?! Не лукавь! Тебе тоже не нравилось как она унижала тебя! Лишила всего!
Ну, надо признаться, я тоже унижал ее не меньше своими выебонами.
