- Ты кто вообще? Где наша охрана?
Нервно оглядывается на дверь особняка.
- Ну что Вы делаете?! - вылетает на крыльцо мать. - Что вы себе позволяете?! Это же Максим! Максим, мой дорогой, как хорошо, что ты приехал!
Мои брови от удивления взлетают вверх. Скептически смотрю на нее. Вроде не шатается, откуда столько нежности?
- Максим Маркович, - убирает охранник ствол. - Извините. Не правильно понял распоряжение. Я попрошу вас сдать мне телефон.
- Зачем?
- Служба охраны проверит кое-что.
Да, пару раз в месяц наши телефоны проверяют.
- Отдай... Отдай... Так надо! У нас военное положение.
- Да? - растерянно поднимаю взгляд на второй этаж. - Мелания в порядке?
- Конечно... Конечно.
Пожав плечами, отдаю телефон.
- А что случилось. Где наша охрана?
- Они... Уехали в аэропорт. Софья Алексеевна отправила.
- Мы кого-то встречаем? А где Софья Алексеевна сама?
- Пойдем-пойдем... В кабинет к ней.
- Я хочу увидеть Меланию.
- Да все с ней в порядке! - чуть раздражённо. - Есть дела поважнее.
Иду по нашему дому, как по чужому.
Тихо, света нет, сумрачно. Горят только резервные тусклые точечные светильники.
- У нас авария?
Прислуги не видно. Дверь в столовую нараспашку. Заглядываю. Накрыт стол, все брошено словно в середине обеда и не убрано.
- Максим... - одергивает меня мать. - Пойдем.
Есть хочу, пиздец, просто...
Стягиваю со стола тост, с тарелки, где сидит Мелания, рядом с моим пустым местом. Жуя, замечаю, что на полу лежит трость Софьи Алексеевны. Давясь, проглатываю кусок. Оставляю тост на столе.
- Так, а чего происходит-то?.. - иду за матерью, застываю на пороге кабинета Софьи Алексеевны.
На ее троне - Анатолий. Приглядываюсь. Его лицо располосовано бордовым полосами.
Все в кабинете перерыто.
- Добрый вечер... - оглядываю весь пиздец.
На столе лежит огромная связка ключей императрицы и несколько пачек купюр - евро, баксы, ещё что-то... Картина на стене сдвинута, обнажая дверцу сейфа, в котором бабушка хранит ценные вещи. Большую часть в ячейках банка, но некоторые здесь.
Сейф закрыт. Шкафчики в столе выломаны и выворочены. И тоже лежат на полу, вместе с топориком.
В прострации хлопаю глазами. Сердце начинает колотиться от адреналина. Аккуратно переступаю через бумаги"
"- Присядь, Максим...
Оседаю на стул. На котором сотню раз получал выговоры от Императрицы.
И я бы что угодно сейчас отдал за очередной. Потому что - что-то трешовое случилось... очевидно.
- Где бабушка?..
- Лидия тебе сейчас все объяснит. Ты должен послушать мать.
